Явь

Монстр умер еще на бегу, инерция не дала телу зарыться в землю сразу. Но самое страшное, что его в конце чуть повело в сторону и рухнул носорог четко на придавленную деревом Аполлинарию.

– Поля! – вскрикнула Елизавета и чуть смазала выстрел из ракетницы.

Возможно, если бы выстрел удался, то большую часть чуди если бы и не смело взрывной волной, то хотя бы откинуло назад. Да и Елена, видимо, успела своими психофизическими силами поставить барьер. Поэтому выстрелом из ракетницы накрыло все пару великанов, а остальные продолжили бег в сторону людей.

Приводы Несмеяны и Алексея мало доставляли им хлопот. Их щиты отражали попадания снарядов, словно бы стены горох, ибо все их доспехи, как почти все в армии Кощея было изготовлено из волотана, местного металла, трудно поддающегося обработке на человеческих станках. Где те местные фабрики, на которых за столь короткое время было изготовлено такое громадное количество вооружения и доспехов, путь даже и примитивных, но действенных в нынешних реалиях, оставалось загадкой. Парень с девушкой палили по чуди не останавливаясь, не жалея боеприпасов, но смогли совместно ранить в ноги, не защищенные широким круглым щитом, а потом добить только двоих.

– Воздух! – заорала Катерина и вскинула ствол своей снайперки.

С неба падал, огрызаясь пламенем, и заходил на бреющий полет для развития дальнейшей атаки трехголовый змей. Три выстрела слились в один, и одна из голов Горыныча даже дернулась от этих выстрелов. Увы, Екатерина была хорошей снайпершей, но не выдающейся.

Из трех выстрелов только один поразил глаз чудища, но оставалось еще пять. Это только раззадорило и разъярило монстра, и тот разинул три пасти, интуитивно прикрывая ими оставшиеся глаза, и полетел на девушку. Елизавета хотела сбить змеюку ракетой, но на линии ее выстрела оказывалась сослуживица, и она передумала стрелять. Могло случиться то же самое, что и с Аполлинарией, а терять еще одну подругу Лизе не хотелось. Она начала смещаться в сторону, дабы освободить себе прицельную прямую. Но тут стоявшая в отдалении и не принимающая, как казалось действий в бою, Елена вскинула руку и произнесла какое-то заклинание. Змей тут же изменил траекторию полета, чтоб ракетчица и снайперша были на одной линии стрельбы. Екатерина стреляла не останавливаясь, но глаза из-за раскрытых пастей она уже не могла повредить, а чешуя или была непробиваемая для снарядов ее привода, или повреждения были столь незначительны, что не причиняли зверю никакого видимого вреда.