Правитель Атлантиды книга 3 «По землям хаоса»

В большинстве своем это были потерянные взгляды, но были и такие, которые пугали до жути, — пустые взгляды атлантов, отчаявшихся и потерявших смысл жизни, сломленных внутри. Их не радовало ни солнце, ни море, ни красивые пейзажи, растянувшиеся вдоль линии горизонта. Они мечтали об одном: как можно скорее умереть.

Даже равномерные удары волн о берег пытались опутать, усыпить атлантов, коснувшись ласковым шумом прибоя, но его не замечали. Воды потемнели, горюя вместе с жителями Атлантики.

Эфен, присев на корточки, ногтями царапал кладку, рядом стоял Клайф и в знак поддержки сжимал плечо короля Атлантиды.

Когда на площади не осталось места, Эфен поднялся и сделал глубокий вздох. Он до сих пор не мог найти в себе сил, чтобы начать разговор.

— Все образуется, ваше величество, — обратился мисия к Эфену Флоренцу.

«Что я должен им сказать? Как их поддержать, когда сам не меньше растерян, чем они?» — ментально спросил король, а чтобы атланты не могли уловить его обмен мыслями с мисией, он выставил ментальный щит.

Атланты ждали, когда Эфен Флоренц разродится речью.

— Постараемся настроить их на молитву. Только вера может сейчас спасти. Вера в богов, перед которыми мы все виноваты: возгордились, объявив себя богами, забывая о предписаниях Мирославы. — Он провел по взмокшим волосам правителя. — Все будет хорошо, Эфен.

Правитель сделал глубокий вдох и выдох, осознавая, что это ему не поможет успокоиться.

«Влада бы сюда! — подумал Эфен, но Влада не было, а время молчания прошло. — Он бы помог…»

Правитель соскреб с пирамиды крошку, бросил ее в воду и передернул плечами.

Надо было собраться с мыслями.

Я должен быть сильным, если не ради себя, то ради народа», — напомнил себе Эфен и начал речь.

— Я сочувствую всем. В этой катастрофе мы все оставили частичку себя, своей души. Давайте помолимся за тех, кто погиб, дадим понять богам, что мы их помним. — Он опустился на колени, и Клайф первый последовал его примеру.

Атланты стояли на коленях, сложив руки лодочкой, и смотрели ввысь; их голоса взлетали до небес, уходя за облака все дальше и дальше, по щекам атлантов стекали дорожки слез, на лицах образовались морщинки, голоса срывались на всхлип.

Ревели абсолютно все: дети, женщины, мужчины, только Эфен молился, не выражая никаких эмоций. Молитва на упокоение была закончена, тысячи взглядов устремились на правителя. Кто-то слабо улыбнулся, увидев его живым. Эфен поднялся, окинув взглядом с пирамиды все пространство небольшого мирка.