Пламя смерти

Но вскоре оказалось, что хиваши на самом деле сбежали, а толпа их мертвецов осталась лишь для того, чтобы задержать преследователей. А преследователи появились – каршарец не мог разобрать, кто они, лишь с трудом различал в темноте непонятную колеблющуюся массу да слышал лязг железа. Ни боевых криков, которым воины сопровождают свои удары, ни рёва боевых горнов он не услышал. Но, тем не менее, на равнине перед Григотом шла схватка.

К Гунвальду присоединился Герон. Ослабевший, похудевший, с ввалившимися глазами, монах ничуть не напоминал того здоровяка, каким был ещё недавно.

Друзья всматривались в темноту, пытаясь понять, что же там происходит. Гигант Вальдор поднялся на стену и коротко сказал, что северные посты сообщили о драке между мертвяками.

– Ничего не понимаю, – закончил он. – Похоже, каршарец, ты был прав. Те мертвецы, что днём прошли мимо наших стен, вернулись и теперь дерутся с зомби, поднятыми хиваши.

Час спустя битва неживых закончилась. В темноте перестал раздаваться лязг оружия, а потом Гунвальд услышал шорканье тысяч ног – это армия мертвецов отправилась на юг.

До самого утра под стенами Григота больше не раздавалось ни звука. А когда взошло мутное солнце, Гунвальд увидел всадников. И если он не сумел определить их принадлежность, то стоящий рядом вампирский воин радостно воскликнул:

– Веирцы. Это их флаги.

Несколько отрядов веирских вампиров объехали Григот и скрылись. А затем появились новые всадники. Уж теперь-то Гунвальд сумел понять, кто это. Ситгарцы – штандарты с красным львом чётко это показывали.

Не меньше тысячи конных. На стенах города раздались приветственные вопли.

Гунвальд поспешил спуститься со стены и присоединиться к Вальдору. Гигант уже распоряжался:

– Вы трое – растаскивайте в стороны мешки. Да поживее! У-у, доходяги. Уйдите с глаз моих!

Вальдор сердито оттолкнул в сторону невысокого плотника, который тщетно пытался взвалить на плечо тяжеленный мешок с песком. Во время осады ворота изнутри были завалены этими мешками до самого верха, и теперь настало время освободить выход.

Гунвальд присоединился к Вальдору, и дело пошло веселей. Герон попытался помочь другу, но Гунвальд заметил, что ему рановато таскать тяжести. Монах вздохнул и отошёл в сторону. Вскоре ворота были освобождены, тяжёлые засовы из цельных брёвен сброшены на землю, и створки со скрипом раскрылись.

Гунвальд с шумом выдохнул – выйти было невозможно. Перед воротами лежали груды частей человеческих тел, ещё недавно бывших бродячими зомби.