Книга 3 - Катаклизм

Такой же статный и широкоплечий, как и он сам. Про таких как они говорили – прирожденный воин.

- Я-то думал ты сдох, - язык потихоньку тоже начал повиноваться.

- Очухайся уже! – еще одна «дружеская» оплеуха.

«Если выживу, надо будет припомнить, этому гаду, как он меня херачил», - мысли становились злее и четче.

Он вспомнил - его отряд отправили на прорыв к королевской ставке. Дерзкий приказ. Им почти удалось добраться. До шатра их сраного монарха уже можно было достать из лука. Но они наткнулись на отряд всадников.

И все пошло, как всегда – через задницу!

- Где мой шлем? – Хедрик огляделся.

Схватка была окончена – вокруг лежало десятка два трупов. Стонов раненых слышно не было. Видать Манштайн уже позаботился об этом.

- Да вот же валяется, - Манштайн поднял помятую железяку. – Такое на твою башню уже не напялить. Щас, подберем че нить получше.

Старый друг склонился над телом рыцаря, валявшегося у Хэдрика чуть ли не под ногами. Стянув с трупа шлем, он застыл, как вкопанный:

- Капрал! Ты только взгляни!

Хэдрик собирался было спросить, скольких ребят они потеряли и посоветоваться с другом, как быть дальше.

Но взглянув на мертвеца - окаменел. Его словно окатили ледяной водой. В убитом им рыцаре он узнал Герхальда третьего – короля Эрниира.

Пролог. Часть - 3

Пролог Часть 3

Мир – Н

Раил был напуган. Которую ночь ему снились странные сны. Страшные сны. Очень страшные. Кто-то звал его во тьме и не давал покоя всю ночь.

«Раил, Раи-ил», - шептали голоса из тьмы, сразу как он засыпал.

Они приходили к нему и садились рядом – на его кровать. Гладили его по щекам, по шее, своими холодными как снег пальцами. Обнимали его. Он боялся закричать. Он боялся даже дышать. Но однажды он не выдержал и завопил. Завопил, что есть мочи – во все горло. Минуту спустя в комнату вбежали мать с отцом: глаза напуганные, на лицах застыло недоумение. Они никого не увидели, так же, как и Раил. Юноша тщетно объяснял родителям, что в комнате кто-то есть. Ему не поверили. Он видел в глазах родных беспокойство и страх. Страх, что он сходит с ума. Может так оно и было? Так или иначе, но жизнь с каждым днем становилась все невыносимее. Вернее, она становилась невыносимее каждую ночь.

«Я не могу так больше. Сегодня ночью я утоплюсь», - решил он. Скоро настанет конец его мучениям. Нужно было лишь подождать пока родители уснут. Он напишет им записку. Они все поймут. Они же видят, как он мучается. Хоть он и единственный ребенок в семье.