Дикое Поле. Том 1

Хотя не особо удачный пример, надеюсь я не кончу также, и обо мне не напишут песню «Зачем неандертальцы съели Баюна?»…

Аборигены меня, конечно, не поняли, и что-то активно зафурыкали по-местному.

— Хөөе галзуу! Яагаад гүйхгүй байгаа юм бэ? — довольно добродушно спросил наездник на буром звере; голос был басистым, горловым, нутряным, но звуки произносились достаточно четко. — Эсвэл айдас хөл чинь хөлдөөсөн үү?

— Энэ хэн бэ? — поинтересовался, второй, на сером скакуне. — Би үүнийг гаргаж чадахгүй байна. Хөөе чи хэн бэ? Чи энд юу хийж байгаа юм?

Убедившись, что «мая твая не понымаит», я заговорил с аборигенами на пекельном наречии:

— Я не понимаю вашу речь, но не желаю причинять вред! Предлагаю взаимовыгодное сотрудничество! Отведите меня к вашему вождем!

Всадники мельком переглянулись, но понимания на их лицах не появилось, видимо это наречие им так же было незнакомо.

Очень жаль, я надеялся на обратный результат, думал, что пекельное наречие окажется типа латыни, на которой хоть никто и не говорит, но разобрать что это именно латынь могут многие.

— Юу гэж бувтнаад байгааг нь би ойлгохгүй байна! За, тэд намайг зодсон, бид түүнийг авах уу?

— Үүнийг авцгаая, тэд чамайг ялах болно! — ответил второй, и отстегнув от седла аркан принялся его раскручивать; первый тем временем поднял скакуна на дыбы, развернувшись ко мне, отвлекая внимание от действий соратника и начиная теснить в его сторону.

Блин, это нехорошо, на задушевный разговор связанным дорогого гостя не привозят, как правило.

Хотя чего я ожидал? Огромное стадо бизонов может принадлежать только сильному племени, члены сильного племени оказавшись в большинстве, в своей родной среде, на своей территории, вряд ли будут разговаривать со случайно встреченным в степи путником иначе, чем с позиции силы.

Опять же в этом нет ничего варварского. Вот если бы я, к примеру, вышел к какой-нибудь военной базе в ихней Америке, и заговорил с часовыми на незнакомом языке, то меня тоже, скорее всего сковали бы наручниками и под конвоем доставили в КПЗ.

Нарушитель есть нарушитель, и даже если он мимопроходил, то все равно будет задержан. Может шпион, террорист или дезертир?

Местные тоже в праве признать во мне нарушителя, потенциального вора бизонов, ведь иначе зачем бы я вышел к их стаду, да еще потом в снике полчаса сидел? Лазутчик не иначе, от конкурентов, выведываю подробности чтоб потом мои подельники совершили бизоновое ограбление века по-неандертальски.