Мужская дуэль

Лже-варвар взвизгнул; вскочил; демонстративно замахнулся секирой, и бросился на врага. В качестве ответа ветеран издал нечеловеческий рёв, которым он когда-то деморализовал полчища нежити. Рёв оглушил Кравгоплия вынудив оступится. Злыдень Визгун тут же нанёс серию колющих ударов своим деревянным орудием. Подлый варвар выпятил бочкообразную грудь, принимая на себя все атаки. Заострённая палка нехотя пронзила грубую плоть. Из образовавшихся ран тут же хлынули багровые ручейки.

— И это фсё фто ты мовешь? — насмехался подонок, занося топор для удара.

Острое лезвие свистнуло и устремилось к шее бывалого варвара.

— Ум-л-и-и-и-и-и! —закряхтел возбуждённый Кравгоплий.

Визгун попытался контратаковать деревянным орудием. Палка разлетелась в щепки, принимая на себя мощь удара. Злыдень пригнулся, и воткнул обидчику в плечо оставшийся деревянный обрубок. Враг даже не пошатнулся.

— Коты и то больнее цалапаюса, — прокряхтел негодяй, снова занося топор для атаки.

Огромное количество алкоголя, который дебошир выпил в трактире, повысило его болевой порог до небывалых высот.

— Я – белселк! Тепель я не чуфстфую боли, и ничево не боюфь! Муа-ха… Кх! Кх! Кхе!

Визгун отпрыгнул в сторону, ловко уходя от смертельно опасного взмаха. Злыдень совершил серию вдохов и выдохов, становясь в Медвежью стойку. Когда-то давно, этой стойке научил его один старый варвар живущий в пещере. Её предназначение заключалось в том, чтобы позволить воину сражаться силой медведя. Далеко не каждый варвар способен овладеть этим умением, ведь подражание звериным движениям, требует огромного мастерства.

У Визгуна, к сожалению, этого мастерства не было, поэтому старому варвару пришлось с ним хорошенько помаяться.

Визгун сконцентрировался на несущемся окровавленном чудище. Звериные инстинкты подсказали ему лучший момент для атаки, и одним мощным ударом, он выбил из руки Кравгоплия острый топор. Оружие пролетев солидное расстояние, воткнулось в ствол старого тополя.

На лице лже-варвара только начала формироваться тень изумления, а его оппонент уже успел обхватить талию неприятеля. Зажав Кравгоплия в медвежьих объятьях, варвар поспешил продемонстрировать ему всю свою животную силу. Ребра дебошира стали трещать; ноги и руки забились в конвульсиях. Кравгоплий закашлялся, давясь подступающей кровью. Когда Визгун его отпустил, он обессиленно рухнул на землю. Решив, что враг обездвижен, ветеран отправился за орудием казни.