Карты, деньги, два клинка. Том 1

Прежде я уже размышлял о людях, вознамерившихся осуществить свои коварные планы при помощи «Юстициус», но… так просто мою честь не купить. Лишь чтя традиции и кодекс справедливости, введенные мною в обиход ордена изначально, мои люди не погрязли в грехе и коррупции.

— Как бы грубо этот человек ни обходился с тобой, ты предоставляешь ему доступ к своему телу за соответствующую плату, — со сталью в голове произнес я. Сложив руки за спиной, я неспешно принялся наматывать вокруг девушки круги. — Имея возможность покинуть его в любой момент.

Этого ты не делаешь, остерегаясь выйти из зоны комфорта ни с чем. Когда я избавлюсь от него, ты, уже заранее зная данные его банковских карт и местонахождение ценного имущества, сбежишь вместе с награбленным, более не нуждаясь в предоставлении срамных услуг. Допускаю вероятность, что заказ, выданный мне, ты честно оплатишь, но лишь с намерением, что рано или поздно я вызовусь оказать тебе помощь вновь. Верно ли я раскрыл твою схему, юная леди? — остановился перед ней, глядя в расширившиеся от страха глаза сверху вниз. — Или же ты до самого конца принимала меня за дурака, который купится на лживые женские слезы — ваше главное оружие? Манипуляцию. Знаешь… — нагнулся к ее лицу, смахнул упавшую на ее лоб прядь волос, — …я верю, что ты — дочь Талдриса Динэля. Ведь яблоко от яблони недалеко упало.

Некоторое время Сара смотрела на меня во все глаза, губы ее подрагивали, капелька пота скатилась по виску. Элия уже не знала, куда деть руки, сминая подол платья до стойких складок.

И только тогда, когда я уже намеревался услышать признание, девушка противно захихикала. Я отстранился, а она продолжала смеяться всё громче и громче, пока не перешла на истерический хохот. Глаза ее едва не вылезали из орбит, а вены на висках вздулись.

— Ты… — говорила она сквозь смешки, — …просто не знаешь… какой он.

Сначала Сара приспустила правый рукав платья, обнажая плечо. Затем левый. Болезненно поморщилась, стягивая платье целиком и демонстрируя мне свежие ссадины, синяки и раны, которые до недавнего момента были скрыты от посторонних глаз.

Одежда упала к ее ногам.

— Если бы уйти от него было так легко… — сделала она шаг ко мне, приблизившись почти вплотную. — Если бы только я снова попыталась сбежать, всё повторилось бы. Знаешь, что мне грозит за то, что я на пару часов вышла из дома без его сопровождения? — лицо ее исказила кривая усмешка. — И я — далеко не первая. Далеко не последняя, но всё еще живая. До того момента, пока не надоем ему.