Вернуть Боярство 6.

А мне, знаешь ли, подобные ночные прогулки по вине зажравшихся тыловых чинуш вроде тебя, настроение не добавляют. Особенно если в результате я подчищаю за ними дерьмо... Так что повторюсь — у тебя два часа. Иначе утром ты будешь в соседней с Серовым камере. И я тебе обещаю — ни полковничьи погоны, ни твои связи в администрации и высоких кабинетах Петрограда тебя не уберегут штрафного батальона. Я лично Александра Васильевича попрошу засунуть в самую большую задницу идущей сейчас войны... Будешь своим жирным брюхом наших ребят он нолдийских болтов и ядер прикрывать.

А вот это уже произвело необходимый эффект. Побледневший как полотно полковник, десяток секунд помолчав, неожиданно заорал:

— Особая группа — за Серовым! Что бы через час здесь был! Будет сопротивляться — можете не церемонится!

— Есть, ваше благородие! — раздалось из-за двери.

— Будем надеяться, ради вашего же блага, что эта ваша группа справится со своей задачей, — снисходительно бросил Тень, отходя назад и занимая своё место за спиной Хельги.

Речи о моей задержке здесь больше не шло, так что, быстро утряся последние бюрократические формальности (пара подписей в нескольких внимательно мною прочитанных документах, не более) и мы направились на выход из сего гостеприимного заведения. Кстати, темного отдавать жандармам я не стал, хотя они и очень хотели бы оставить его у себя... Но вот Захар Григорьевич, сиречь неизвестный мне по номеру Тень, с этим оказался решительно несогласен.

— А рыло у тебя не треснет, милейший? — без малейшего почтения он осведомился у какого-то не сообразившего, с кем имеет дело майора.

— Как самим эту гнусь ловить, так вас днем с огнем не сыскать, а вот уже кем-то пойманного вы, смотрю, сграбастать всегда горазды... Небось и в «Гласе Сибири» я бы завтра прочел, что он был пойман чуть ли не тобой лично, морда обнаглевшая?

В общем, здание жандармерии мы покидали впятером, если можно считать пятым безногого, закованного в цепи и опоённого алхимией Младшего Магистра. Снаружи нас ждал не просто экипаж — крытая карета из хромированного железа с рядами защитных символов, запряженная одним-единственным скакуном, но каким!

Афанасий тоже был отпущен вместе с нами, но он попросился на ближайшие часы отпустить его — хотел проведать семью, которую, насколько я понял, куда-то перевезли по приказу Пети Самойлова.

Здоровенный лось метра три с половиной без учета здоровенных рогов источал ауру, которой не устыдился бы из Старший Магистр.