Лисицын, жги! Том 2

И что самое главное, на его территории был заповедник, мать его. Причем зполненный не обычными зверюшками, а тварями изнанки.

Сергей, как крупный бизнесмен и владелец одного из рудников под Тверью мог себе это позволить.

Территория размером в пару гектаров была огорожена куполом, на подобии того, что я видел в изнанке. За его границей среди деревьев что-то шевелилось.

Сам же четырёхэтажный особняк прилегал к этому зверинцу вплотную и был окружён автомобилями. Аристократы со всего города уже вовсю собирались на прием.

Я также поспешил ко входу в здание.

- Ваша светлость, прошу пройдемте, - расшаркался охранник у входа прежде чем завести меня внутрь.

Народу было уже не мало, но заметно, что люди только начали подтягиваться. Надо будет среди всей этой пёстрой аристократии умудриться найти Журавлёву. Но это потом. Сначала - к Сойкину.

Хотя долго ходить не пришлось - аристократ нашелся на крытой галерее второго этажа вместе с…

Ну конечно, куда ж без него.

- Лисицын?! - наигранно удивился Коршунов старший, как будто я мог бы позволить себе пропустить такое мероприятие.

- И вам добрый день, Коршунов, - обратился к нему с той же ноткой презрения, подчёркивая что мы равны, пусть один из нас и должен другому. - Сергей.

С Сойкиным мы пожали руки. С Коршуновым обменялись холодными взглядами. Все как обычно. Отвернувшись от собеседников, опираюсь на край галереи. Изучаю взглядом гостей.

- Не могу не спросить, Федор Дмитриевич. Вы готовы к…

- Мм?.

. - не понял дворянин. - К чему? Лисицын? Эй, ты меня слышишь вообще?!

Я проигнорировал его весьма неуважительный тон, как и руку, трясущую меня за плечо.

Двери большого зала на первом этаже только что распахнулись, вбирая в себя новую порцию гостей. И среди них возвышался, окидывая всех вокруг презрительным взглядом, Артем Беркутов.

Бывший чемпион. И его подстилка Александрос, он же японец Хенеси Хибари тоже здесь, куда ж без него.

Вечер обещает быть жарким.

Глава 6

Поместье Сойкиных.

Одна из гостевых комнат.

Молодая девушка быстро стягивала с себя платье и глухо материлась. Рослый мужчина во фраке стоял здесь же и печально смотрел на нее.