Пустельга

Он бы просочился и дальше, но сила чукотского обряда не пускала его внутрь. Рыжая птица тревожно пищала на ветвях дерева. Ерохина бил озноб.

Рядовой боялся до ужаса. Ему предстояло испытать на себе силу чукотского шамана. А слова Алелекэ, что он делает это впервые, уверенности в успешном исходе не добавляли. Шинкевич и Довлатов тоже сидели возле костра и с любопытством следили за чукчей. Они оглядывались то на Ерохина, то на Алелекэ, то друг на друга, и в их взглядах тоже не было понимания или уверенности. Аскольд бродил вокруг и исследовал границы тумана.

Костёр для Ерохина выглядел переходом между мирами, между старой жизнью и новой. Он не знал, что ждёт на той стороне, и ужасно боялся. Вдруг Алелекэ запел. От неожиданности Аскольд вскрикнул — он проверял остроту иглы патефона и неловко дёрнулся, когда услышал звуки пения.

Алелекэ пел странную, монотонную песню и подкидывал в костёр травы и порошки. Пламя плясало и вспыхивало колдовскими огнями синего, зелёного, красного цветов. Вместе с песней в круг костра пришла тундра.

Ерохин чувствовал запахи северных трав, еловых иголок и дуновения ледяной метели. Он не задавался вопросом, как это возможно? Возможно и всё.

Рыжая пустельга пронзительно закричала и вспорхнула с ветки. Ерохин испугался, что она опять попытается выклевать ему глаза, и оглянулся на неё. Птица исчезла. Когда Ерохин обернулся к костру, прямо перед собой увидел лицо Алелекэ, нависшее над пламенем. Шаман сдул с ладони порошок, и Ерохин погрузился во тьму.

***

В темноте перед лицом Ерохина зависла пустельга.

Она быстро махала крыльями, чтобы оставаться на одном месте. Юноша испуганно закрылся от неё, но птица не напала, и продолжила висеть в воздухе, словно чего-то ожидая.

- Куда мне идти? - Спросил Ерохин и вздрогнул. Здесь он мог говорить! Мысли в этом месте громче выстрела танка.

Ерохин не чувствовал дуновения воздуха от крыльев пустельги, не слышал ни единого звука и как будто парил в абсолютном нигде. Темнота, тишина и рыжая птица. Но она никуда не вела рядового, просто висела в воздухе, слегка покачиваясь.

- Так что мне делать?

Пустельга пролетела маленькую мёртвую петлю и снова зависла в ожидании.

- Чёртова птица, - машинально буркнул Ерохин.

Пустельга рыжей молнией бросилась к его глазам, он даже зажмуриться не успел. Но птица остановила когти на таком малом расстоянии от зрачка, что волосок не протиснется. И отлетела обратно.

- Да что я тебе сделал?! - Закричал Ерохин в отчаянии.

Вспомнил слова Алелекэ.