Каникулы чернокнижника

Для поддержания организма в тонусе магическим рисункам нужны были сущие крохи маны, да только эти крохи уже практически иссякли. Ещё чуть-чуть, какие-то минуты — и Энтрос попросту упадёт, потеряв сознание. Возможно, следовало бы сделать привал ещё раньше, если бы за ним действительно была погоня, его бы уже давно настигли…

Вдруг чернокнижник замер. Его уши задёргались. Такое обычно бывало, когда он слышал какой-то странный или малопонятный звук. Так было и сейчас. Энтрос готов был поклясться… Да. Стук. И, кажется, скрип.

Судя по всему, недалеко от него. Напрягая остатки сил, маг быстрым шагом направился на звук. Постепенно он сообразил, что именно привлекло его внимание. Это были удары топора по дереву! Постепенно они становились всё отчётливее, но вместе с тем остатки сил потихоньку покидали Энтроса. Ещё немного… Ещё немного… Вот уже в поле зрения показались люди. Чернокнижник хотел им что-то сказать, привлечь их внимание речью, но сил не было даже на это — вместо слов изо рта вырвалось лишь хриплое подобие шёпота. Однако, люди его заметили. Обессиленный, он свалился на землю. Возгласы лесорубов сперва стали неразличимым гомоном, а потом и вовсе смолкли. Чернокнижник потерял сознание.

***

С трудом разлепив веки и сфокусировав зрение, Энтрос увидел деревянный потолок. Следом за этим пришло осознание того, что он лежит в кровати, укрытый толстым одеялом.

— Очнулся наконец, — раздался женский голос откуда-то сбоку.

Чернокнижник удивился. Он понимал обращённую к нему речь, но почему-то создавалось впечатление чужеродности — женщина говорила на другом языке.

Энтрос хотел было что-то спросить, но из пересохшего горла вырвался лишь хрип. — Верно. Сейчас.

Он наконец смог увидеть хозяйку жилища. Ей оказалась пожилая женщина трудноопределимого возраста. Она помогла Энтросу принять полулежачее положение, а затем поднесла к его губам глиняную чашку с чем-то, пахнущим травами. Мучимый жаждой чернокнижник жадно начал пить отвар.

— Не торопись, — строго осадили его.

— Спа… Спасибо, — медленным тихим голосом произнёс Энтрос, как только жидкость в кружке закончилась.

— А где это я?

В глазах женщины отразилось недоумение.

— Прости, я тебя не понимаю, — ответила она.

Теперь настал черёд Бладсэрста смотреть на неё с недоумением. И лишь спустя пару секунд окончательно проснувшийся чернокнижник понял. Женщина говорила на другом языке, который он прекрасно знал — всё-таки, язык соседней, причём дружественной страны, кому-то вроде него просто нельзя его не знать.