Трёхлапая ворона

Мы оказались внутри цилиндрического зала, диаметром метров тридцать, и с потолками высотой метров пять. Поток света шел со сквозной шахты в центре строения, откуда шла винтовая лестница с настолько широкими ступенями, что, пожалуй, на каждой мог улечься спать человек. Края зала, которых не достигал свет из шахты, подсвечивались теми же шипящими оранжевыми светильниками, что почему-то создавало уютную атмосферу. Будто бы ты сидишь в просторном неглубоком подвальчике во время заката, а ещё двери распахнуты, и солнышко так слегка приятно печет…

Прямо в зале были выстроены три деревянных строеньица.

Такое ощущение, что эти лавки сделали то ли из реек, то ли из реек и бумаги, но визуально эти лавочки выглядели так воздушно, непрочно и изящно, что в этом городе монументальных строений смотрелись чужеродно. Лавочки разграничивали территорию между собой стенками, собранными из таких же реек, и густо обвитых высаженным плющом. Вообще, тут внутри все захватил плющ – он обвивал стенки, здания, толстенькие колонны, обрамляющие шахту и выход из лестницы, а огромные красные цветы на этом самом плюще создавали нотки праздничной атмосферы.

Внутри самого зала не было суматохи, а лишь спокойный и вежливый променад двух дюжин человек. Кто-то сидел за столиками у одной забегаловки, кто-то подпирал стену и перешучивался, а вот рядом ходили и что-то вежливо обсуждали между собой моннгу и молодая девушка.

Нда, такого в этом мире я ещё не видел.

— Господину Корвусу эти здания не принадлежат, – указал рукой на лавки Арно, – А вот все прочие квартиры этого этажа – да.

Правда, три из них он сдает под крошечную лабораторию, но она уже долгие годы едва держится на плаву, и господину Корвусу просто любопытно, сколько она ещё продержится. Так, а вот и он, – дхазул указал на приближающегося к нам Эрика, с самым скорбным выражением лица.

— Господин Ленш, что с вами? – участливо поинтересовался Эдвин.

— Да-а… – махнул новый шериф рукой. – Поставили сюда шерифом. Не о таком переводе я просил.

— Плохое место?

— Да сами Каналы нормальные, и барон тут неплохой.

Проблемы две – алхимики и Полночь.

— А в чем дело с полуночью? Тут какое-то проклятье? – не понял я.

— Полночь – это соседний район, там синхрон с Дном. Оттуда часто идут дикие варага, да и просто неадекваты. Дикий там народ живёт, много бойцовских свор, да и Воронье там почти живёт, а сюда вся эта честная братия ходит брать препараты, и по пути обязательно наср… Напакостят. Простите, леди.

— Ничего, – махнула рукой Гиз.