Трёхлапая ворона

Мы не стали от них отставать, но вот незадача – все удобные места на этой башне были заняты, поэтому нам, веселящимся и перешучивающимся, пришлось идти на соседнюю башню. Там вот почти никого не было – видать, на предыдущей были посетители ресторана.

Нам немного помешал только мальчик лет пяти, который здесь и сейчас смотрелся странновато – уже почти восемь вечера, а он тут один, играет на лавочке с деревянными солдатиками. Рин только поинтересовалась у него, где его родители, как из прохода вглубь башни появилась его мама.

Поблагодарив Рин за беспокойство, она ухватила ребенка и повела его домой, по пути отчитывая:

— Мам, ну я просто играл!

— Я понимаю, но уже поздно, Фес. Пора домой и спать.

— Мам, но я еще хочу, пока тут рачки с фонариками!

— Я же тебе говорила. Если долго будешь на улице один, то прилетит трехлапая ворона и заберет тебя!

Я проводил их взглядом и спросил у Рин:

— Ты не в курсе, что за трехлапая ворона?

— Местная детская страшилка, – отмахнулась девушка, которая, уже не стесняясь, ухватила меня за локоть и тащила в сторону обзорного выступа над улицами, – Родители пугают детей ею.

Мол, прилетит из Язвы страшная ворона с тремя лапами, ухватит тебя и утащит в Гурр.

— Гурр, это же тот город, в котором и образовалась Язва?

— Ага, там Разломное Орудие взорвалось. Давай без истории, ладно? Такой хороший вечер, что толку говорить о том, чего мы почти не застали?

— Угу, – кивнул я. Стоит ли ей говорить, что я тут всего пару лет?

Катарина наконец дотащила меня до выступа, и мы, как зачарованные, минут десять смотрели на завихрения сиреневого света, образующиеся в черной воде.

Наконец, девушка прервала молчание.

— Давай поговорим не об истории.

— Есть еще о чем поговорить?

— О да. О тебе. Мне.

Как я в тот момент напрягся, не передать. Аж протрезвел.

— И что конкретно?

— Джаспер-Джаспер, – покачала головой Рин, – Очень плохо ты притворяешься дурачком. Очень. Ты ведь давно все понял. В конце концов, я слишком молодая, чтобы уметь тщательно скрывать свои чувства и эмоции.

Да и не такой я человек.

— Ну, да. Ты весьма открытый и искренний человек.

— Мне приятно, но мне сейчас хочется услышать что-то другое. Не о том, какой я человек, а какая я девушка.

В голове заплясали фразы, которые обычно щедро сыпал Эдвин во время проблемных ситуаций. Я ведь вообще не хотел ее отшивать. То есть, это надо сделать, да, но черт возьми, сейчас это сломает атмосферу с таким треском, что его будет слышно аж в Бравии.