RealRPG: Дух Ярости 1. Сдохни или умри

Удар!

Нож вошёл точно в вертикальный зрачок, и глаз твари треснул пополам. В запястье правой руки вцепилось щупальце – так крепко, что я заорал. Пальцы разжались, и нож так и остался в голове осьминога.

Меня поймали за вторую ногу – и просто распяли в воздухе. Сзади грохнул выстрел, ещё один – и заплакала Лена.

– Всё, Макс, – услышал я. – Теперь всё…

Я рвался и пытался оглянуться – но не мог. Осьминоги, скрутив меня по рукам и ногам, будто успокоились. Замерли – и я только сейчас понял, что они повсюду, заполонили всю детскую площадку и двор.

Десятки, сотни тварей – и их горящих прожекторами синих глаз. Пустых и уродливых.

Две старушки на лавке, окружённые тварями, смотрелись особенно сюрреалистично. Одна живая, одна – мёртвая.

– Лен! – крикнул я. Сердце колотилось, как бешеное, внутри клокотала ярость. Я должен был хотя бы успокоить сестрёнку – как всегда успокаивал. Как в детстве, когда она потеряла свою дурацкую куклу… Как после первого убитого кролика, когда отец приучал нас к крови. И как после расставания с тем придурком из её класса, которому я потом сломал нос… – Лена, слушай! Отец сказал – если поймают, найти друг друга.

Я найду, клянусь! Найду тебя!

– Макс, – всхлипнула она. – А если он умер? Если папу убили? Он не говорил про себя. Только…

– Про маму, – выдохнул я, закончив за Лену. – Это же – он. Это наш папа. Он выберется! Только сама не бойся – я тебя найду. Лена, я…

Договорить не вышло. В уши вгрызся отвратительный высокий то ли вой, то ли свист. Змеями вверх взметнулись свободные щупальца, но вместо голов у них были розовые кисточки – извивающиеся, мерзкие.

В бою я их не заметил.

Глаза-прожекторы ярко вспыхнули, замигали сине-белым. Десятки и сотни глаз. Мир растворилась в этом свете, всё растворилось. Опущенные веки не помогли – слепило даже сквозь них. Вонь горелого пластика стала невыносимой.

Когда лицо начали оплетать гладкие холодные щупальца, а в нос и уши полезли склизкие мягкие отростки – я зарычал от злости. Сзади истошно визжала Лена – так отчаянно и страшно, как никогда.

Внутри что-то навсегда оборвалось – я так и не защитил её. Оказался бесполезен.

Отец знал, о чём говорил? Мы выживем? Увидимся?

– Лена!

В мой распахнутый в крике рот тут же прорвалось щупальце, скользнуло куда-то в пищевод, в желудок, и меня затрясло – от боли, от тошноты, от омерзения. Кисточки-черви распахнули мне глаза, подняли веки, как Вию – и я растворился в ослепительном свете.

В сиянии проступила фигура – совсем рядом, в шаге от меня.