Бог Тьмы

Хотя, быть может, Гуан был бы совершенно другим, стоя на пути тихой и спокойной семейной жизни, но сейчас этот человек… Неро уважал его кратно сильнее всех в этой Империи, и даже сильнее, чем императора.

Его азарт стал виден несколько явнее и на этот раз он хотел было сам выбрать себе оппонента, но его опередил занимающий скромное положение рыцаря мужчина, носивший воистину сверкающие латы и бывший самовлюблённым куском дерьма. Как будто карикатурный персонаж, ей-богу.

— Мы сразимся с тобой, Неро, во имя справедливости и прекрасной Астрид! – воодушевлённо сказал он.

Парня аж перекосило.

— Какой к чёрту справедливости? Ты извечно находишься в пределах Иерихона, сражаясь с какими-то голодранцами, и называешь это рыцарскими поединками, а по факту просто набиваешь себе цену, чтобы Ваше Сиятельное Ничтожество выглядело на фоне остальных лучше. И даже сейчас ты, выбирая меня, только пытаешься найти самого слабого на твой взгляд, чтобы самоутвердиться. Так вот я огорчу тебя: дальше только сложнее. Ты вылетишь уже на третьем или четвёртом этапе и зря потратишь своё время.

И твоя смазливая харя здесь не поможет, – хотел бы сказать ему Неро, но лишь пожал ему руку. Всё равно это ничего бы не дало…

Вновь их очередь. Выйдя на арену, рыцарь присел на одно колено в направлении Астрид и, склонив голову, громко произнёс:

— Эту победу Я, Ричард Остронский, посвящаю Вам, моя принцесса! Дабы Вы, вспоминая годы своей молодости, могли рассказать нашим детям о том, как их Великий отец завоевал Ваше сердце!

Астрид смутилась этому.

Но не в хорошем смысле, а… Её накрыл испанский стыд. Пожалуй, она бы предпочла отсутствие этого ужаса. Вэн Лин лишь посмеялась. Для неё это было милым зрелищем, но в то же время до отвращения приторным, чего женщина совсем не скрывала.

Встав с колена, Ричард надел на голову не менее сияющий шлем и, вынув меч и схватив его двумя руками, выставил перед собой. Вновь соблюдя свой личный этикет, юноша в секунду оказался за спиной надутого рыцаря и, мгновенно ударив по сгибу колена, заставив того сесть на него, вторым ударом чуть погодя он вмял его блестящий шлем прямо в его лицо и тот мгновенно отправился отдыхать.

— Спокойной ночи, Ричард Засранский, – сказал Неро и, наконец, впервые посмотрел на Астрид. Её взгляд, как бы она ни пыталась его скрыть, выражал чистые интерес и удовлетворение без скрытого смысла. Можно сказать, девушка была счастлива такому исходу и держала за него кулачки, однако сам Неро лишь нахмурился.