Кодекс Крови. Книга IV

Арва осторожно разворачивалась на трёх лапах, поджимая раненую. Волчица скалила зубы и готовилась к последнему бою с непобедимым врагом. Мысли Кираны судорожно пытались найти выход из сложившейся ситуации, но не находили. Охотница прикинула расстояние до ближайшего ответвления коридора и решила попробовать пробиться к нему под сплошным щитом из огня.

— Здесь каких-то жалких десять метров! У нас получится, да, Арва!? — подбадривая себя и волчицу, проговаривала Кирана, искренне надеясь, что у неё хватит резерва на сплошную струю огня.

Не хватило. Не хватило всего на два метра. Поворот уже виднелся, когда струя истончилась и потухла. Пауки, до того медленно отступающие, снова ринулись в проём с остервенением. Кирана сформировала две глыбы льда и запустила их одна за другой, сминая тварей, когда за её спиной послышалось колебание воздуха, а затем вполне человеческая ругань.

— Поберегись! — крикнул мужской голос с хрипотцой, а следом Кирану просто задвинули за спину.

Мужчина в странной пятнистой форме напоминал чужаков, тела которых они изредка находили в пустошах или на окраинах каньона.

Глупые чужаки пытались пробраться сквозь ледяные лабиринты, закрытые, запечатанные охотниками от проникновения тварей.

При редких нападениях старые охотники выводили людей, деактивируя ловушки для прохода и снова запечатывая от чужаков.

Когда-то Кирана и сама нашла тело такого чужака и поинтересовалась у матери, зачем они так упорно пытаются к ним пробиться.

На что получила ответ: большинство чужаков приходит за живым товаром и за тварями. И если твари ещё понятно, то живой товар...

— Женщины, мужчины, дети для постельных утех и на опыты, — была категорична Нарва, — увидишь чужаков, не жди от них ничего хорошего. Мы для них хуже скота.

И вот сейчас такой чужак сорвал с пояса багровые шарики и бросил в тварей. Шарики один за одним вспыхнули алым пламенем до потолка каменного хода и растопили ближайших тварей, остальных отпугнув.

— За мной, быстро, рядом есть проход! — скомандовал чужак, — и собаку не забудь! Мы своих не бросаем!

Киране голос показался смутно знакомым, но вспоминать, где и когда они виделись, было некогда. Охотница обернулась к Арве и замерла с открытым ртом, как и подруга с открытой пастью. Рядом с волчицей, вздыбив шерсть, приготовилась к атаке имлиса, животная ипостась элементаля льда. Белоснежная зверюга, отдалённо напоминающая кошку, сейчас скалила пасть.