Чужими глазами

Много времени Нил провёл на берегу ядовитого ручья, ожидая, когда очередной выплеск тяжёлого дождя насытит его чистой водой.

Мокрый, голодный, раненый и бесконечно уставший наёмник полз вперёд, из последних сил цепляясь за шерсть покорно шагавшего рядом пса. Если бы не эта собака, не давшая ему утонуть, отпугнувшая паука и протащившая его по скользким камням ручья, Нил бы никогда не вышел из проклятой чащи. Только помощь этой бескорыстной животины, потерявшей своего хозяина, помогла ему преодолеть оставшиеся мили до того места, где погибший отряд провёл свою вторую ночь.

С наступлением седьмой ночи Нил увидел невдалеке огонёк костра и истошно закричал, зовя на помощь. И помощь пришла. К юноше приблизился человек с горящей веткой. Из глубин памяти с большим трудом всплыло имя Ван.

Нил улыбнулся ему как старому знакомому и с мыслью, что он справился, юноша упал лицом вниз, потеряв сознание.

***

В открытую дверь таверны «Железный зад» вошёл наёмник с огромной собакой. Огляделся, отметив про себя, что видит несколько знакомых лиц.

Видимо, Орланд решил на всякий случай вызвать для своей защиты ещё нескольких человек из лагеря наёмников. А вон и он сам, сидит, со скучающим видом попивая местное пиво и ковыряя вилкой блюдо из варёных овощей.

Нил приблизился, повесил на свободный стул ранец и сел напротив командира.

– Здорово тебя потрепало, – оценив внешний вид гостя, проговорил Орланд. – А где остальные?

– Никого не осталось, – глухо произнёс Нил. Его богатый хозяин вздрогнул при этих словах, по-новому посмотрев на юношу.

– А Брок?..

– Никого, – повторил Нил.

Орланд тяжело вздохнул и подвинул собеседнику кружку. Тот благодарно кивнул и опрокинул её содержимое в себя. Затем повернулся, ловя на себе сочувствующие взгляды товарищей, и извлёк из ранца завёрнутый в льняную материю камень. Со стуком опустил на стол. Отбросил уголок ткани.

Наёмники ахнули. Орланд, не брезгуя, провёл рукавом расшитой золотом шёлковой рубашки по камню и зачарованно уставился на чистый, зелёный внутренний свет.

– Значит так, – медленно сказал он. – Мы с Броком договаривались о двухстах золотых. Они твои. Вот. – О столешницу стукнул объёмный и явно очень тяжёлый мешок. – Боец ты сейчас явно никакой. Так что бери деньги и отдыхай пока здесь. Возвращаться в лагерь или нет – решай сам. Не вернёшься, я пойму. Ты молодец. А о своих друзьях не беспокойся. Я закажу им службу в столичном соборе. Их семьям выплатят достойную компенсацию. Можешь мне поверить.