Долгорукий. Суетолог Всея Руси

Но не беспокойтесь, ваше оружие будет надёжно охраняться в нашем хранилище. Мы вернём его на выходе.

Я стянул с топорища тонкую серебряную нить портала и натянул его на палец. Так будет безопаснее.

— Хм, ладно, — неохотно согласился я и протянул ему топор. Охранник осторожно взял топор двумя руками, будто хрустальную вазу. — Надеюсь, вы понимаете, насколько эта вещь для меня ценна.

— Конечно, ваша светлость! Обещаю, ни одна царапина на нём не появится, — заверил он меня с таким серьёзным выражением лица, словно принимал присягу.

Я ухмыльнулся. Царапину они при всем желании на топоре не оставят. А вот лезвие заляпать — запросто. Протирай потом...

Охранники проверили меня металлодетектором, я поднялся по лестнице ко входу. Автоматические двери бесшумно разъехались, пропуская меня внутрь. Я оказался в просторном холле с минималистичным дизайном — гладкие белые стены, мраморный пол, мягкие кожаные диваны.

За стойкой ресепшена сидела девушка в строгом костюме. Она улыбнулась и поинтересовалась целью моего визита.

Я назвал свое имя и титул и показал документы. Девушка кивнула:

— Добро пожаловать, княжич Долгорукий. Вас уже ждут. Позвольте проводить вас...

Вместе мы направились к лифтам. Как только зашли в кабину, она помчала нас наверх со скоростью ракеты. Через пару секунд я был на месте.

Девушка подвела меня к массивной дубовой двери кабинета и снова поклонилась.

— Князь Орешкин ожидает вас за этой дверью.

Я проводил её взглядом. Она была одета в обтягивающий черный костюм, подчеркивающий все достоинства стройной фигуры.

Короткая юбка едва прикрывала аппетитную попку. Девушка, казалось, специально виляла бедрами, удаляясь по коридору.

"Хм, а секретарша-то ничего... — подумал я. — Князь Орешкин, завидую белой завистью".

Однако я быстро одернул себя. Девица, бесспорно, хороша, но сейчас явно не время для подобных мыслей. Нужно сосредоточиться на предстоящем разговоре с Орешкиным.

Перед дверью я на миг задумался, прежде чем постучать. За этой дверью меня ожидала встреча с одним из самых влиятельных людей империи — князем Орешкиным.

Алексей Петрович рассказал мне, что он уже десять лет возглавлял ведомство, был известен жестким характером и не менее жесткими методами.

Этот человек умел видеть скрытое без всяких суперспособностей. Расслабляться не стоит.

Я постучался и, услышав приглушенное «войдите», толкнул тяжёлую дверь. В нос ударил слабый аромат табака.

Кабинет оказался просторным, с высокими потолками.