Системная Паутина 1

Коряга распахнула метровую пасть, наполненную мелкими зубами, и сделала «Ам».

– Мать моя женщина! – только и сказал я, наблюдая, как помесь крокодила и хамелеона пережевывает несчастного воробья.

Откуда-то сверху на поросшего мхом крокодила спрыгнуло большое темное пятно. Мгновение – и хамелеон-переросток уже катится по мху в обнимку с большой черной кошкой. Кошка с мявом и рыком резво орудует когтями, разбрызгивая во все стороны капли крови и ошметки шкуры.

– Ни хрена себе! – говорю я, глядя, как пантера вонзила клыки с мою ладонь длиной в холку несчастного крокодила и трясет его, словно собака детскую игрушку.

Внезапно как-то потемнело, а меня обдала упругая волна воздуха. Что-то огромное разом накрыло и пантеру, и крокодила.

– Е… – давлюсь я воздухом.

С корня рядом со мной свесилась громадная змея пятнистой расцветки, эдак метра полтора толщиной и черт знает сколько длиной. Сейчас эта змея разом накрыла пастью сражающихся хищников. Я только и мог стоять, замерев на месте, и смотреть, как этот мини-поезд неспешно втягивается обратно на корень.

Втягивается медленно, не торопясь, попутно пережевывая останки увлекшихся неудачников ленивыми движениями громадных челюстей.

Шелестят листья, надрываются птицы, ползут по своим делам муравьи и жуки, куда-то полетела крупная стрекоза. Змея уже давно уползла по своим делам, а я все не могу прийти в себя после наглядной демонстрации мимолетности жизни.

– Уф… – я вытер пот с лица.

И тут же поймал себя на том, что пялюсь на мокрую перчатку.

Да, как-то здесь жарко, причем во всех смыслах. Я еще раз оглядел место побоища, зафиксировал сорванный мох и пятна крови, густо окропившие окрестность. На пятна уже набежали муравьи и налетела большая тля. Взгляд зацепился за тушку несчастного воробья, недожеванный комок зеленых перьев лежит буквально в пяти метрах от меня.

Медленно, с трудом, словно мох не хочет меня отпускать, я выдираю ногу из зеленого ковра. Шаг, еще… я иду плавно, будто вспоминая, как нужно ходить.

Вот я рядом с останками воробья. Вот я наклоняюсь, касаюсь ее, тушка подергивается темной дымкой и исчезает, оставив за собой всего лишь один красный кристалл и мой метательный нож.

– В баню такую охоту, – тихо сказал я, подобрал нож и бросил кристалл в подсумок. Перекидывать его на счет у меня почему-то не было желания.

Выдохнув, я уже спокойнее оглядел лес. Ушел я от обелиска недалеко, всего-то метров сорок.