Звезда творения

Сейчас они, к моему великому сожалению, казались выцветшими холстами, на которых почти не угадывался рисунок… Получилось! Мой гость сидел напротив меня за круглым столом, а его тело мягко опустилось на пол туннеля. Факел покатился по полу, мигнул и погас. Мешок с чудесным преобразователем лежал рядом.

Глядя, с каким изумлением человек озирается, я еще раз уверился в том, что спонтанные решения иногда бывают гораздо удачнее продуманных и взвешенных. М-да, с этим выводом мой Учитель Макран обязательно бы поспорил.

Не склонен он был к импровизациям… Но, втащив незнакомца в свой дом, я рисковал. Он мог оказаться сильнее меня. От мысли, что враг может проникнуть в мой дом, в мой разум – единственное, что осталось сейчас от меня прежнего, – я впал в ярость. Мысли мои помутились.

– Кто ты и по какому праву нарушаешь мой покой? – резко спросил я.

Человек снял свою странную шапку и учтиво склонил голову.

– Я не хотел помешать вам, – проговорил он. Ни капли страха в его голосе я не услышал.

– Простите великодушно! Однако как это странно! Я уверен, что подвергаюсь некоему гипнозу, ведь шахта давным-давно заброшена. Тем не менее я разговариваю с… с плодом моего воображения!

– Кому ты служишь? – воскликнул я, пропустив «плод воображения» мимо ушей. Слишком был взволнован. – Кто твой хозяин? Хедин? Ракот? Дальние? Неназываемый? Кто?!

– Я ни разу ни о ком из них не слышал, – удивленно ответил мой гость. – Кто они?

– Они – мои враги, и этого достаточно, – ответил я, чувствуя, как отпускает напряжение.

 

Он мог лгать. Да, мог. Но он не походил на лжеца. Я все же умею читать в человеческих сердцах. Поэтому пока буду считать, что он честен со мной… 

– Простите за невежливый прием, – извинился я и «поставил» на стол перед нами кувшин с темным вином Атлантиды и две глиняные чаши с бело-голубым орнаментом. Вино это, между прочим, пьянило не хуже настоящего. – Я так давно существую в полной изоляции, что забыл все правила гостеприимства, – продолжил я.

– Предлагаю поднять чашу за примирение и наконец представиться друг другу!

Мановением руки я наполнил чаши. Человек взирал на это со все возрастающим изумлением. Ах да, он же всю жизнь провел в мире без то-томагии… Однако пить мой гость не торопился. Он разглядывал коричневатую густую жидкость с явным изумлением.

– Не бойтесь, пейте, – подбодрил я его и одним глотком осушил свою чашу.