Звезда творения

– Ему даже не пришлось далеко уходить. Отряд с коричневым соколом на стяге второй день стоит на побережье. Они строят каменные дольмены – целый ряд».

 «Скрепы».

«Да».

«Ты ведь что-то задумал, а, Лис? – спросил Киршстиф. Остальные затихли, прислушиваясь. – Для чего ты собираешь охотников? Чтобы атаковать слуг Хедина? Но ведь наших сил слишком мало!»

«Достаточно того, что они есть, – я послал им всем мысленную усмешку. – Собирайте всех своих людей, друзья. Всех до последнего человека. Наша задача – не одолеть людей сокола, но сбить с пути, опрокинуть… а дальнейшее довершит сам этот мир».

Они все поняли.

«Мы должны все просчитать», – завел свою песню ученый гоблин.

«Разумеется. Как только у Дара будет готов расчет по нашему вмешательству в катастрофу, тогда мы и начнем действовать».

В те часы, когда огненное, размытое протекающей магией солнце поднималось над обреченным горизонтом, я физически ощутил, как мало у нас осталось времени. Какое оно тяжелое. Как оно давит на меня… Каждая секунда словно насквозь пробивала мое сердце.

«Готово! – провозгласил Гарсааш. – Вот что мне передал Дарнар: слуги Хедина могут остановить катастрофу только в самый последний момент. Это единственная возможность. Обе части мира в какой-то миг застынут в неустойчивом равновесии, и тогда-то соколы наложат скрепы. Дар полностью согласен с Рейнгардом. Если мы понадеемся только на наших адептов – мы проиграем. Слуги Хедина сильнее, они отобьют атаку и сумеют завершить начатое. Но если мы добавим нашей магии… не так много, он все посчитал… то их скрепы не выдержат.

Пока мы оценивали план действий, гоблин добавил:

«Нам придется расставаться с Силой в два приема. Вначале – чтобы ускорить распад мира, а потом – непосредственно в момент разлома, чтобы сделать процесс взрывообразным. Для первого он предлагает использовать ваши амулеты с Силой крови, для второго – остатки нашей машины».

«Примерно так я и думал», – сказал я и одновременно с этим послал мысленный сигнал Схарму. Сигнал этот не был словом, скорее, безмолвным призывом, аналогом прикосновения к плечу: смотри на меня, я что-то тебе покажу. Схарм отлично знал, что общаться втайне ото всех можно было только так, и потому сразу отозвался. Я почувствовал его интерес, его ищущий взгляд.

Пришло время сыграть в собственную игру. Схарм был рядом, и гоблину он верил не больше, чем я.