Звезда творения

Охотники не решились вернуться в лес, засели на опушке и по знаку вождя обстреливали работавших на поляне врагов. Тем ничего не оставалось, как выставить в оборону магов и стоически отражать атаки. Стрелы вспыхивали и сгорали, а вместе с ними таяла принесенная в амулетах Сила. Кроме того, наступающая ночь сыграла моим охотникам на руку: работавшие на поляне вынуждены были засветить для себя магические огни, тратя драгоценную Силу. И видны они теперь были как на ладони.

 Норчоол молча выслушал меня, подозвал к себе троих наиболее искусных воинов, как я просил, и вместе они осторожно двинулись в обход поляны.

Я просил их идти помедленнее, потому что при помощи Звезды прощупывал дорогу. Мало ли какая тварь притаилась в темноте… Небо над лесом так до конца и не потемнело, пожар скорой катастрофы горел на нем багровыми сполохами.

«Что ты задумал?» – прошелестел Схарм. Я, увлекшись боем, совсем забыл о нем.

«Нам пришла пора вступать в игру. Я жду, когда они закончат лабиринт, и тогда мы сможем действовать».

«Закончат? Но разве наша цель не в том, чтобы помешать им закончить?»

Я расхохотался. Все-таки как легко даже лучшие из нас ведутся на очевидные решения, на прямые пути!

«Друг! Вспомни, что ты знаешь о свойствах мировых скреп в общем и о свойствах Большой Печати в частности! Наш дорогой Киршстиф был совершенно прав, когда говорил о том, что сходными методами можно и укрепить основы мироздания, и разрушить их».

Схарм некоторое время переваривал мои слова. Более того, я был уверен, что и все остальные, кто слышал наш диалог, весьма озадачились.

Что ж, дорогие соратники, мы со Схармом находимся в самом невыгодном положении, так что никаких обид!

«Ты… имеешь в виду…» И от Схарма пришел мысленный образ: Звезда Хаоса, разрывающая непрочную ткань мира силой лабиринта – точно так же, как наша машина в Атлантиде работала через систему магических башен и разлома в толще скал.

«Ты совершенно прав!»

Да, я задумал не столько приблизить всеобщую катастрофу, сколько осуществить ее здесь, рядом с нами, чтобы меня (а заодно и Схарма) уж точно выбросило за пределы этого проклятого мира в образовавшуюся прореху.

«Я тоже понял, о чем вы беседуете, дорогие мои, – проскрипел Киршстиф, и в его голосе я уловил нескрываемую ненависть. – Мы еще поговорим с вами об этом… после всего. А пока я хотел бы напомнить, что мы делаем одно общее дело. Новые Боги – враги всем нам».

Я чуть не расхохотался вслух. Кто бы говорил!

«Рейнгард?..