Волков, не ешь дворян!

Но Аркадию подойдет разве что только пенсионерка, причем желательно слепая, чтоб его пропитую рожу не видеть. Если Ольге сбросить несколько килограмм и накраситься, она может дать фору многим аристократкам.

Ох, ладно, демоны редко бывают свахами. Мне все равно кого ломать, хоть подтянутого красавца, как Бельский, хоть этого... скуфидона.

— Иди, иди, не боись! Я тебя трогать не буду. Просто перетрем как мужчины, и все, — ободряющей сказал Аркадий, и я чуть не заржал.

Что же, захожу в свою комнату, становлюсь у стола.

Аркадий закрывает дверь, проходит к окну и садится на стул, что недавно грыз мой помощник. Смотрит на меня, будто продавщица Марина перед соитием, потом начинает нудеть.

— Ну-с, паренек! Сказать ничего мне не хочешь? — говорит, кивая башкой в мою сторону.

— Эмм, хочу, господин. Мне кажется, что внешняя политика императора является слишком либеральной. Без сжигания чужестранных послов живьем, нам не добиться стабильной мировой обстановки, — выдаю первое, что приходит в башку.

— Чего-чего? — округляет глаза лысый.

Затем кашляет и переходит к делу. — Ладно, все ясно с тобой. Ты хоть знаешь, что Ольга — женщина...

— Нет, пока что не проверял. Но с виду вроде похожа, — с сарказмом обрываю его.

— Что ты сказал? — хмурит лоб толстопуз и угрожающе пялится.

— Эээ, ничего. Говорю, погодка хорошая, — притворяюсь обычным Волковым, чтоб растянуть спектакль.

— Ага, замечательная! Ты должен раз и навсегда усвоить, что женщин обижать нельзя! Понял, нет? Ольга тебе всю душу отдает!

— А тебе тело, кхе-кхе.

— Что??? Я не понял? — смущается лысый, не ожидая такого захода.

— А что тут непонятного, Аркаш, все понятно. Типичные женские манипуляции, путем шантажа и нытья. Дает тебе раз в два года по тихой грусти, а потом выдвигает хотелки. Ты бегаешь как цепной олень, не разобравшись в ситуации. И готов за свою даму сердца любого порвать, — говорю серьезным, спокойным тоном, вяло жестикулируя руками.

— Ааа ооо, — вырывается изо рта Аркадия, но я не даю продолжить, резко добавляя:

— Она сама не права, если что.

Зачем усыновлять ребенка, а потом его упрекать? Зачем оскорблять, зачем бить? А потом корчить из себя жертву, когда получила отпор. И да, несмотря на мое «ужасное» поведение, твоя Ольга не стесняется тратить пособие, и есть продукты, которые я покупаю. Так что прежде чем кого-то учить, разберись в ситуации. И да, займись уж каким-нибудь спортом, а то выглядишь как курдюк с дерьмом. На этом наша мужская беседа закончена.