Волков, не ешь дворян!

Так вот, училка стояла у доски, тыкая в карту указкой и деловито вещала на всю аудиторию.

— Таким образом, данное социальное явление назвали коричневой чумой. Это был главный неофициальный термин данного ужасного действа, — говорила она.

— Простите, госпожа Свиридова, а как понять коричневая чума? — вдруг спросил кто-то.

— Да, мне тоже интересно, — подхватил второй голос.

— Это? Ну я не знаю... То есть, это негласное выражение. Не стоит на нем зацикливаться, — смутилась учительница, потеряв нить повествования.

— Эх, жаль, интересное слово, — промямлил наглый ботаник.

В тот момент, дверь резко открылась. В класс ввалился шоколадный" человек, который громко завизжал:

— Аааа помогите! Нет, сука! Не-е-е-т! Уберите от меня это говно-о-о!

Он пулей ворвался в класс, зацепился за парту и упал на пол, да так, что ударился лбом и вырубился. При этом прочертил след на полу характерного цвета.

— Ого, госпожа Свиридова! Это коричневая чума...

— Спасибо за презентацию!

— Нахожу это все весьма познавательным, — послышались восторженные голоса.

— Да, ладно вам, ребят. Я даже совсем не старалась, — ошарашенно простонала училка, открывая рот и хватаясь за нос.

***

Тайная резиденция графа Тимофеева. Зал подземной лаборатории.

Огромный паук, ростом больше среднего человека, с горящими глазами и огромными ножами вместо передних лап, вырвался из клетки, сумев разбить пуленепробиваемое стекло.

Это случилось во время важного эксперимента. Так что в подвале сейчас находились ученые, вооружённые охранники и главный заместитель самого господина.

Когда треснуло стекло, все замерли в ступоре, не понимая, что делать. Мужик с бородой в белом халате выскочил вперед остальных и вытянул руку с небольшим корявым пультом, из которого торчали провода.

— Стой! Я приказываю тебе, чудовище! Подчиняйся, давай же, — громко завопил ученый, нажимая на мелкие кнопки.

На пульте вспыхнула красная лампочка. Монстр издал громкий вой и замер, стряхивая с себя осколки стекла.

— Спокойно! Все под контролем. Кажется, у нас удалось, — сказал бородатый.

— Тихо, тихо, зверюшка. Я не причиню тебе вреда. Иди в клетку. Чертов Чан Шинг... Продал вместо стеклянной брони этот драный картон, — добавил он, продолжая водить пультом, словно волшебной палочкой.

— Степаныч, отойди! Мы его щас уложим! — грубо кричит один из охранников.

— Да, Николай, лучше не надо, — бледнея выдает главный наместник.

— Погодите! Это редкий образец.