FERA. Апокалипсис: пособие по выживанию

Недолго думая, я рванул навстречу и с разбегу влетел двумя ногами в грудь бегущего впереди умертвия.

Все как учил Серпенто: разбег, вытянуть тело в струну, — и пятки пробивают грудь противника. Удар, предназначенный сокрушить ребра оппоненту и отбросить его как можно дальше.

— Крестный, Самеди, помоги! — из груди вырвался непроизвольный крик, когда полудохлая тварь улетела вниз.

— Помочь тебе с этим? Да тут же жалкие букашки, которые только начали просыпаться. Если я на любой такой зов буду откликаться, то зачем мне нужен ты? Справишься — зови, а пока не мешай, — тягучий голос негра звучал в моей голове, а тело действовало на автомате.

Скрут, уйти в мягкий кувырок и тут же в стойку.

Какая разница живой твой противник или нет? Если у него есть кости, значит, их можно сломать. Перехват ружья за дуло и вперед. Подкат, уйти от когтей твари. Шаг с линии — и словно бейсбольная бита приклад ружья врезается в челюсть мертвеца. Хруст сломанных костей звучал в моих ушах как музыка. Свист когтей перед лицом заставил отпрыгнуть в бок.

Восприятие вновь творит чудеса со временем. Любое движение ощущается, словно я двигаюсь в густом киселе. Твари слишком сильно дергаются при движении, и надо пользоваться этим по полной. Раз они не чувствуют боли, но им можно сломать кости, значит, бьем по голове.

Во всех фильмах и легендах, чтобы гарантированно убить зомби, надо отрубить ему башку. Хрен знает, что за тварь передо мной, но у нее есть голова, и приклад ружья отлично работает.

— Я играю капоэйру.

Капоэйра — это я. — Чем отличается джинга с мачете от джинги с ружьем? Да ничем. Двигаешься по треугольнику, постоянно работая корпусом, отличная техника уклонения. Каждое маховое движение позволяет быстро набрать скорость и инерцию для мощного удара.

Шаг — и когти проносятся мимо, а раз тебя так заносит, получи вдогонку прикладом по ключице. Джинга — и ты уже сбоку от мертвеца, лови, красавчик, еще один удар. Шаг — и ритмы режиональ тебя ведут. Никогда не стой на месте, ты не груша для битья.

Удар — уход, удар — уход. Никакого риска, никакой сложной акробатики, только голая эффективность. Раз — и тяжелый деревянный приклад вламывается в височную кость мертвяка. Два — проваливаются носовые кости. Три — и затылочная кость пробивается очередным ударом.

Поймав это трансовое состояние, я понял, что мертвец уже ничего не может мне сделать. Удар за ударом — и через пару минут тот получил целую кучу переломов от ударов тяжелым прикладом.