FERA. Апокалипсис: пособие по выживанию

Бандиты без масок, значит, в живых его оставлять не планируют. Кто навел этих тварей? Что они ищут?

— Ты же все равно меня живым не оставишь. Так зачем мне что-то тебе говорить?

— Дедуля, уйти можно быстро, ножичком по горлу чик — и все. А можно умирать долго, очень долго. У меня вон Фикса — мастер этого дела. Так что скажешь?

— Богом клянись, что если расскажу и покажу все, то мучений не будет!

— Господь свидетель, смысл мне лгать? Отдашь все ценное, мгновение — и ты на небесах.

— Хорошо, развязывай, покажу, где самое ценное лежит.

Если сам полезешь — на ловушки нарвешься.

— Слышь, Сержо, этот Володя вшивый на небо тайгой едет, давай я ему один бебик вырву, и он сразу соловьем запоет. — Щуплый казах с золотыми зубами сплюнул на пол и ощерился на старика.

— Что за бред несет этот полоумный?

— Да вот, Фикса говорит, врешь ты, как дышишь, старик, и предлагает глаз тебе вырвать, чтобы фигню болтать не вздумал. — Названный Сержо продолжал смотреть и недобро улыбаться.

— Раз не веришь мне, дело твое.

За моей спиной висит картина с охотником, отодвинь ее влево и увидишь сейф.

— Фикса, сделай, как он говорит.

— Зачем вас послали?

— Старая золотая монета, очень тяжелая. С одной стороны должно быть выбито восходящее солнце, а с другой — какие-то символы. Мне сказали, что я ее сразу узнаю, как увижу.

— Слышь, реально сейф.

— Набирай 1, 2, 8, 5. Там внутри деньги и шкатулка резная. С ней аккуратно, она стоит больше, чем твоя жизнь.

— Поговори мне еще, фраер.

— Тихо, Фикса. Старик, что в шкатулке?

— То, что ты ищешь и даже больше, там две таких, но шкатулка с секретом.

Давай я открою. - Старый антиквар знал о чем говорил. Во Флоренции умели делать хорошие вещи, а с ядом он не поскупился. Кто ее откроет умрет в муках.

— Смотри без шуток, старик.

Наручники раскрылись, отпуская старика. Узловатые морщинистые пальцы пробежались по шкатулке, нажимая на одни ему известные механизмы, и коробка работы флорентийских мастеров с легким щелчком открылась. Пары смертельно ядовитого газа стали вырватся их скрытой в шкатулке емкости.

— А вот и она. Лови. — Фарфоровая колба и пара золотых монет полетели в лицо здоровяку, и в его руке дернулся нож.

Жизнь покидала коллекционера, а в мыслях умирающего мелькнуло только одно: «Я родился язычником коми, язычником и умру. Нет во мне христианского всепрощения. Прости меня, Агафья, но дети Чераня вновь увидят свет. Зато я уйду в чертоги Ена отомщенным».

Техника безопасности

****Глава двенадцатая.