Что останется после

Я не могу здесь остаться.

— «Не могу» и «не хочу» — разные вещи. Я уже говорил тебе. И, Боги свидетели, привел все аргументы, которыми руководствовался Совет. Ты должен понять.

— Я понимаю. Архимагистр мудро сделал из меня разменную монету. И из всего Рена заодно.

— Я мог бы убить тебя за такие слова, — покачал головой Рэй.

— Но не сделаешь этого, потому что я прав. И потому, что я вам нужен.

Да, он был им нужен. Ибо с тем, во что превратилась девчонка, не сможет справиться никто другой. Потому что она винила себя за то, что с ним случилось.

И боялась навредить ещё больше… Его лучшая защита — её страхи, её чувства. Другие маги такого роскошного ресурса не имели.

Да, Табита не виновата, что Орден сделал из неё медиума, способности которого до конца так никто и не представил. Да, она не виновата, что безумец Хоран, сбежав из тюрьмы, по какой-то роковой случайности выбрал для своих целей именно Рен, и её втянуло в ритуал, для которого она и была создана — но не в то время, и не в том месте.

Да, она не заслужила быть запертой.

А какой ещё был вариант? По его мнению, смерть милосерднее, но Севин прав — кто загубит своими руками такой материал?

А чем его друг заслужил всё это?..

Рэйнард тут же одёрнул себя. Что ещё за подростковые мысли? Ха, «заслужил». Давно ведь понял и смирился: справедливости в этом мире не существует.

Так что хватит этих нелепых размышлений. Есть то, что есть. Он выполнил свою работу — и теперь пора отчитаться. И таки подсуетиться, чтобы этого придурка не засунули в какую-нибудь дыру похуже Рена.

А для этого нужен чистый холодный разум.

Чистый и холодный.

***

Сначала он хотел обойтись без лишних шума и пыли. Но после столкновения в госпитале понял: плохая, очень плохая идея. Его люди должны быть готовы к возможной встрече с ренегатом. И не просто постоять в сторонке, как Первый Целитель (позор Совета), а действовать с максимальной эффективностью.

Впрочем, после некоторых размышлений Аладор решил оставить Хадара в покое. Целитель есть целитель.

Их предназначение защищать жизнь, а не ловить маньяков, тут глава госпиталя был прав.

Кафалидма, обычно такая спокойная и самоуверенная, в последнее время была сама не своя. Кроме помощи в поимке Хорана у неё была масса обязанностей, и со всеми она справлялась как всегда безупречно. Это до сих пор казалось ему чем-то сродни чуду, ведь дар пифий — самый хаотичный из всех.

Но как видящая ни пыталась сохранить хладнокровие, она нервничала всё больше.