Что останется после

Девушка чувствовала себя мухой, с размаху врезавшейся в паутину. Рука в его руке — сухой, шершавой и горячей. Ладонь у неё на талии. Тяжёлая. Двухцветные глаза, — так близко, что она видит своё перепуганное отражение, — весело прищурены.

Нет, это уже чересчур! Табита слегка отвернулась, чтобы смотреть немного в сторону, но помогло это не особо. Расстояние между ними просто катастрофически крохотное. Что, сейчас ещё и шевелиться придётся?!

Табита всегда думала, что все эти потери сознания от переизбытка чувств-с придуманы для дешёвых романов.

Но сердце, тяжело и часто грохотавшее прямо в ушах и жар румянца, предательски расползшегося не только по лицу, но, кажется, по всему телу, говорили, что она близка то ли к инфаркту, то ли к банальной девчачьей истерике.

И с чего она решила, что танцы — это весело? Это им весело, этим счастливым людям, живущим обычной жизнью. А она чувствует себя просто пойманной в ловушку. Правда, из всех ловушек в её жизни эта была едва ли не самой… Приятной? Это ведь не только и не столько страх, а ещё… предвкушение?

Осадить бешено скачущие эмоции мыслями вроде «И это — жуткий демон, гроза Ордена Магов и вообще всея мира?!» — не получалось.

Такой… девчонкой — в самом мерзком понимании этого слова! — она не чувствовала себя, кажется, никогда.

Даже когда орденские внушители пытались надавить на неё, высмеивая анормальность, замкнутость и неопытность. Всё это было правдой. И тогда она на неё плевать хотела. И на них. А сейчас… Да что с ней такое?!

Да ещё Кир со своим легкомыслием и этой мальчишеской улыбкой! Девушка никак не могла понять, хочет он её подбодрить или наоборот, поиздеваться.

А между тем Кир, конечно, собирался выполнить обещание — в своей манере.

Грянула музыка.

— Итак, правило танцев первое — и главное, — подмигнул он. — Постарайся не отдавить мне все ноги, и я отплачу тебе тем же.

Лицо колдуньи на миг закаменело, а после на нём появилось такое выражение, что Кир едва смог удержаться от смеха. Такое знакомое, понятное, типично женское «Я тебя щщас придушу» на лице жуткой видуньи-колдуньи просто бесценно.

Умильно даже.

Вот какое оно: «не переживай» и «я тебя научу»! Надо отдать должное его преподавательскому дару — паника сразу схлынула, уступив место жгучей злости.

Конечно, эти ценные инструкции Табита добросовестно постаралась выполнить — в точности наоборот. Но Кир был ловок, как бес, и отдавить ему все ноги оказалось не такой уж лёгкой задачей.