Князь лавин

Тоннели сменялись тоннелями, уходившими вверх и вниз на разных уровнях. Некоторые выглядели совсем заброшенными, а некоторые отвесно уходили вниз, как черные дыры в земле, где на дне свет факела выхватывал масляно блестевшую воду. Иней почему-то исчез, и вода теперь была повсюду - хлюпала под ногами, мерными каплями срывалась с потолка, холодком затекая за ворот. Иногда тоннели расширялись, - видимо, там, где проходили сквозь естественные пустоты, и Илуге мог видеть уходящие во тьму пещеры, наполовину засыпанные огромными валунами.

В такие моменты они останавливались. Пересчитывали идущих, и Илуге видел на обращенных к нему лицах страх, смешанный с облегчением. Потом привязывали новую веревку из толстых мотков, переброшенных у каждого через плечо, и шли дальше.

Пещер пока попалось три. Илуге постарался запомнить каждую, хотя все они казались одинаковыми. В одной с потолка свисали длинные неровные каменные сосульки, - словно белая каменная бахрома, превращая звук падающих капель в частую дробь.

В четвертой по счету пещере Донгай остановился, и Илуге в неровном свете увидел следы пребывания людей : несколько влажно блестевших бревен, камни, уложенные в круг.

- Те, кто идут на дальние шахты, останавливаются здесь на ночлег, - пояснил Донгай.

Илуге выдохнул с облегчением. Значит, здесь все-таки еще бывают люди. Почему-то это успокаивало.

Воины в усталом молчании сбрасывали с себя ношу, некоторые подставляли лицо под падающие с потолка капли, или начерпывали воды из небольших лужиц под ногами.

- Вода здесь чиста, - успокоил его Донгай, увидев сомнение, отразившееся на лице, - Даже лучше : наверху, над нами, проходит мощный пласт серебросодержащих руд, и такая вода никогда не загнивает.

Илуге зачерпнул рукой из лужи: и правда, у воды был на редкость свежий, слегка металлический привкус.

Жечь костры Донгай запретил, и люди улеглись прямо на холодные камни.

" Каждый из них получит столько, сколько сможет навьючить на двух коней", - подумал Илуге.

В пещере было холодно, но не так, как снаружи. И тихо. Окружавшая их глухая тишина, в которой не слышалось обычных звуков ночи, казалась неестественной, неживой.

Девушки Яниры собрались рядом, вокруг нее и Ягута, сдавленно перешептываясь и прижимаясь одна к другой. Двое и вовсе прижались к Ягуту, просунув руки ему под локти, отчего гигант выглядел словно ... медведь, которого обложили на охоте с собаками.