Магия Гейлы / Gеila's Magic

Как это вообще может быть? Я вообще ее не помню, да и во снах мне она не снится. О чем она вообще?

—Ариана, как ты?

—Я же сказала: черная магия, ваше величество.

—Но как? Будь-то хоть черная, хоть светлая магия, но вмешаться в цикл душ невозможно. Да и время прошло достаточно.

—Ваше величество, уважаемый совет, вы назвали меня героем, спасительницей, однако вот вам правда: я приносила жертвоприношение ради того, чтобы вернуть своих детей. Что теперь скажите, я все еще герой, спасший мир, или уже нет?

Вот это, маман, дает, выпалила такое, даже не думая.

—Ж… жертва приношения? Вы занимались жертвоприношением? Вы герой, и таким занимались? Как вы…

—Как я до этого дошла, это вы хотите спросить, а не совет ли виновен в этом? Ваши дети сидят дома, в тепле, в то время как тела моих детей превратились в прах, и ты смеешь спрашивать, как или почему? Не совет ли послал моих детей на смерть? Им было всего 14 и 16, а вы поручали им задания, в то время как своих прятали по домам, и ты, сукин сын, спрашиваешь, как или почему?

Один из членов совета хотел упрекнуть Ариану в ее деяниях, но вместо этого упреки полетели в его адрес и не только его, но и всех тут присутствующих.

—Успокойся Ариана тот, кто это сделал был изгнан из совета и казнен.

—И что мне с этой казни ваше величество, мои дочери не ожили после его смерти.

Королева молча села и стала обдумывать все услышанное, ну судя по ее выражению теперь просить Ариану убить монстров, то есть нас невозможно, ведь мы пусть и сами того не знаем, но являемся перерождёнными дочерями Арианы. Моя сестра тоже была удивлена от всего услышанного пусть я и называю ее глупышкой, но я так говорю лишь из-за ее поведения, а не ума.

—Когда и как много? –тихо спросила королева.

—Вы про жертвоприношение?

—Да.

Маман посмотрела на королеву и тяжело вздохнув начала все рассказывать.

—С момента смерти моей второй дочери, – сказав это она посмотрела на королеву.

—Мне продолжать?

—Да, – ответила королева спокойным голосом и дала понять своим взглядом совету чтобы никто не вмешивался в разговор и не прерывал.