Поступь Мрака

В том мире были вполне счастливые и живые родители и сестры. Там не было войн, не было ведьм и чудищ, не было богов и той боли, которую принёс сюда, — Юлия сжала кулак на груди, — Эльмир Третий. И теперь вместо тихого замка — груда камней и пожирающий их тролль, вместо близких — трупы, а вместо понятного мира — перевёрнутый, полный вопросов, на которые нет ответов! Мне надо идти за королём куда-то за Сизые горы, в долину легендарных Оракулов и Красных Драконов. Но я не знаю зачем, а главное, как я смогу победить короля и всю его армию? Я не знаю, как жить… и именно сейчас чувствую, что зря не умерла вчера с семьёй.

— Если боги оставили тебя в живых, значит, так нужно, — спокойно произнесла Сабрина. Она остановила Корина и, повернувшись к графине, добавила: — Думаю, твоему пленнику не стоит слышать наш разговор. Знания имеют свойство просачиваться сквозь чужие умы и окольными путями попадать к тем, кто желает ими обладать. А идущий путём Мрака может сообщить своему богу всё, что угодно, того не ведая.

Понимаешь?

— Вроде бы, — тяжко вздохнула Юлия, и принялась вертеть в руках отцовский меч, ощупывая ножны, гладя эфес и искусные чеканные узоры на рукояти. Она боялась признаться, что не понимает. Отец всю жизнь держал дочь вдали от общества. Даже сестёр он брал с собой в важные поездки, но её — никогда. Конечно, он пытался сделать из неё воина, но это ли считать путешествием? Самое дальнее, куда Юлия добиралась за всю свою жизнь, — это опушка леса, с которой хорошо виден лишь Корнуэлл, а вдалеке — лес и поднимающиеся из-за него на юге горы.

А знания о чужих странах лучше получать из путешествий.

— Ты хотела бы узнать, кто я такая, раз не совсем обычная монахиня? Верно? — продолжила Сабрина. И когда Юлия кивнула, она сказала: — Когда король и твой отец уничтожили ведьм, нам пришлось сделать выбор: либо уйти с изгнанными Оракулами и Красными Драконами в их земли, чтобы продолжать служить Владыке Справедливости Балансору, либо остаться и попытаться вести людей по пути праведности, а не по проторённой ими дорожке в фарватере Мрака.

Поверь, их умы так и стремились туда снизойти. Человеческий рассудок — столь странная штука, что любыми способами старается пасть под ворохом желаний и склониться перед многочисленными искушениями. И мы, — монахини, — простыми истинами старались удержать мысли людей вдали от зла. Но нам не удалось. И это не умаляет нашего провала, нет… Но сейчас речь не об этом же, верно?

Юлия опечаленно кивнула.