Поступь Мрака

Она то прояснялась, становясь похожей на мутную пелену, то вновь сгущалась, превращаясь в непроглядную черноту, непроницаемую и почти осязаемую. Словно не тьма вовсе, а некое эфемерное существо, жаждущее поглотить путницу.

В такие моменты Юлия продиралась сквозь вязкую темень, будто через густой кустарник терновника. Частицы тьмы, словно липкая паутина, обволакивали тело, мешая двигаться дальше. Но графиня стиснула зубы и рывками кидалась на борьбу с неведомой сущностью. Шаг за шагом преодолевая сопротивление тьмы.

И едва вдали начинало чуть-чуть светлеть, идти становилось немного легче. Тьма отступала, превращаясь в тёмную дымку, а неяркий свет, пробивающийся сквозь неё, хоть немного разбавлял окружающий мрак. Но мир по-прежнему оставался трудно различимым. Неясные контуры, уродливые призрачные фигуры, постоянно меняющие очертания силуэты, к которым Юлия старалась не приближаться. Будто она плыла по реке, заполненной отмелями, и каждая такая фигура могла стать мелководьем, скрывающим смертельную ловушку.

Графине приходилось огибать эти капканы, чтобы плыть дальше по течению.

Куда?

Юлия пока не знала. Но инстинктивно чувствовала, что в конце пути её ждёт что-то важное.

Мрак постепенно расступался, и из его чёрных глубин, словно небрежные мазки придворного художника дорисовывали картину, начали проступать элементы развалин. Камни, ступени, широкие бордюры и балюстрады, сломанные колонны, неработающие, заросшие высохшим кустарником фонтаны, и изваяния, статуи… Одна страшней и несуразней другой.

Скульптор, создавший их, явно был одержим безумием. Но кто же позволил ему творить? Кто дал ему право воплощать в камне ужас и уродство? Очевидно, хозяева замка также были не совсем здоровы.

Из беспросветного тумана, словно призрак, проявилась мраморная лестница со сколотыми ступенями. Чёрный камень, испещрённый белыми прожилками, змеился вверх, плавно загибаясь влево. По мере подъёма нижние и верхние ступени то появлялись из мрака, словно выныривая из бездны, то вновь растворялись в нём, будто поглощённые взметнувшейся в воздух сажевой тьмой.

Лестница вывела Юлию на широкую площадку, окаймлённую такой же чёрной мраморной балюстрадой. Графиня, ступив на холодный камень, невольно заглянула вниз, но и там, и спереди, и вверху клубилась непроглядная чернильная дымка.

Взгляд Юлии скользнул направо, затем налево, и она вздрогнула. Рядом, словно из воздуха сотканная, стояла её близняшка Ваня и смотрела вдаль.