Мир, где нас не ждали 2.0

Изумрудник кивнул в знак согласия, получил от Алефа четыре золотых, отдал взамен медяк и вернулся к своей шляпе. Заинтригованный народ начал шептаться, а довольный гном злорадно скалился, не скрывая поднявшегося настроения.

- Эй, Алеф, - окликнул хозяина один из охотников, - что за ценность ты приобрёл?

- Ничего особенного, - отозвался гном, - обыкновенный медный пятисантимчик.

- Вот только за дураков нас держать не надо, все видели, как ты заплатил за него золотом.

- Спасибо, рыцарь Хьюг, - внезапно поблагодарил Старк, - мне ещё никогда столько не платили за песню.

Всем стало ясно, что ему крупно повезло. Рыцарь Домингес, протектор соседней деревни Амьен, полюбопытствовал:

- Мэтр Алеф, а за сколько ты этот "совсем простой медяк" перепродашь антикварам?

- Если найдётся настоящий ценитель, то затребую не меньше 50 империалов. Вот, только не знаю, найду ли я время?

Хьюг, понявший, что выпустил из рук нечто очень ценное, не выдержал:

- Алеф, я заплачу тебе 5 золотых за эту монетку.

- А смысл? - удивился гном, - Заработать один империал, не выходя даже на улицу, конечно хорошо, но уж лучше я съезжу в город.

- Ладно, - парень начал торговлю, - десять золотых.

- Тогда уж двадцать, - ляпнул Алеф, не подумавши.

- Согласен! Все слышали, что ты сам назвал цену, - и довольный рыцарь гордо обвёл взглядом присутствующих: "Знай наших!".

Потом подошёл к барону фон Хорну.

- Отец, выдай мне двадцать золотых, а после охоты я съезжу в Аргент и даже в Борг. Пятьдесят империалов на дороге не валяются, сам учил меня рассчитывать доходы и расходы.

Раздуваясь от гордости, Хьюг даже не замечал, что родитель, побагровев, чувствует себя полным дураком из-за "ловкой спекуляции" бестолкового сына. Барон, чтобы побыстрее выйти из глупого положения, подозвал оруженосца и послал того за деньгами. Через некоторое время каждый получил своё: Алеф - мешочек золота, Хьюг - заветный медяк, а барон фон Хорн - долгожданное спокойствие.

Дворянам Империи выдавали титулы после завершения Завоевания, в соответствии с военными званиями и должностями.

Сам Хорн отслужил помощником старшего писаря штаба корпуса генерала Стивена Неистового и имел лейтенантское звание. Но причастность к "кухне высшего уровня" особой радости не принесла: ему было выделено баронство в самой дальней дали, неприбыльное и запущенное. Да и местные титулованные, бывшие боевыми офицерами во время Нашествия, не оказывали ему уважения, которого он жаждал даже больше, чем сын.