Вампиры тут лютые

Мало кто сможет принять то, что церковь помогает вампирам и переселенцам.

- Ну помолитесь сходите. Все равно ведь в итоге сделаете как я сказал. - хмыкнул дракон, жестом подзывая свободного лекаря, - Или ваша вера позволит вам малодушно позволить ему умереть?

Эрним не ответил, криво улыбнулся, потому что его буквально приперли к стене аргументами. Кифен Вальдернеский переселенец, вампир и преступник. И светлый маг. И эти ужасные противоречия были непонятны кардиналу, хотя он своими глазами уже успел увидеть, что граф за вампир.

Глава 9, за тех, кто снова влип

- Лежите! - рявкнул лекарь, магией почти прибив едва очнувшегося графа к кровати, - У вас связки повреждены, и сухожилия задеты, вам нельзя двигаться, пока я не позволю! - попаданец оторопело моргнул пару раз, прислушался к ощущениям и понял, что не так уж все страшно, чтоб он в герцогской лечебнице отлеживался.

- Да в порядке я, и похуже бывало. - хрипнул он, снова попытавшись встать.

Лучше уж дома долечиться спокойно, чем тут, под чужим надзором.

Но лекарю на всякие там “но” и магию родных стен было глубоко плевать, у него только две проблемы сейчас существовало: буйный очнувшийся и граф и, собственно, то, что этот граф был малость ранен.

- И разговаривать тоже запрещено! - гаркнул лекарь, магией обездвижив полусонного пациента.

Вампир закатил глаза. И где только дракон такого нервного лекаря откопал?

- Очнулся! - удивленно воскликнул герцог, входя в палату попаданца, - Сутки целые без сознания валялся, выспался? - протянул уже язвительно, потому что в этом ленивом обмороке Степан проспал ещё одно важное совещание, уже у короля.

- Нет. - бурчит вампир, но тут же получает по губам свежей газетой.

- Я сказал молчать! - рявкает лекарь, - Не за тем меня герцог с медового месяца вырвал, чтоб больной все силы на разговоры тратил! - и опаляет дракона обиженно гневным взглядом.

- Да ладно тебе, Ирош, не серчай. Я ведь обещал после продлить тебе отпуск ещё на пять недель, честная сделка. - беззаботно отмахнулся Ибенир, - О, газету принесли, ты иди, а я пока калеке этому почитаю, посмотрю, чтоб он никуда не убежал.

- и забрал газету у лекаря, - Мы же родственники, будь ко мне добрее.

Добрее от факта родства и упоминания этой противной правды Ирош не сделался, скривился, глядя на герцога, явно свои полномочия превышающего, и бросил негодующе:

- Родственники, как же! Вы мой пятиюродный дядя, и семейное древо единственное, что хоть как-то этот факт подтверждает.