Рождён среди однажды умерших

Призрачная рука парня прошла насквозь змеи, лишь слегка приподняв кончик хвоста. Не ожидая отсутствия сопротивления, Лука аж дёрнулся, что в свою очередь и стало причиной рассеивания ауры.

Уже будучи готовым к подобному, Лука потратил ещё несколько попыток, прежде чем окончательно убедился, что не в силах не то что удержать, а хотя бы приподнять змею в воздух. Следом он попробовал схватить телекинезом маленькую веточку, и та даже на секунду воспарила, но после сразу же упала наземь, а фантомная конечность парня развеялась.

Видя, что Лука закончил с попытками удержать хоть что-нибудь в воздухе и теперь просто сидел с задумчивым видом, Касьян, ухмыльнувшись, спросил:

– Ты понял в чём проблема?

– В слабости, – не задумываясь ответил Лука, после добавив. – Неужели телекинез настолько бесполезен поначалу? Я даже малюсенькую веточку не могу надолго удержать.

– Если смотреть на это так однобоко, то да, совершенно бесполезен. Первая стадия и определена всего лишь как освоение телекинеза. Ты сможешь поднять камешек, только перейдя на вторую стадию.

– А когда я смогу создавать пламя, как ты? – с нарастающим скепсисом спросил Лука.

– На второй. Сможешь разводить костры без спичек. К слову, даже не думай изучать заклинания, прежде чем перейдёшь на третью.

Касьяна искренне позабавили перемены в лице Луки, а это он ещё не знал сути концепций так называемых стадий. Мало того, что было необходимо достаточно укрепить душу, так и переход на следующий уровень был весьма проблематичным.

Правда, система перерождённых превращала последний нюанс из трудностей в обыкновенные затраты. Касьяну даже стало любопытно посмотреть на подростка, когда тот узнает, что прогресс роста между стадиями – геометрический.

– Что ещё за стадии такие? Это типа уровни? – даже в голосе Луки слышался постепенно угасающий энтузиазм.

– Это десять стадий трансформации смертного тела, – со смешком ответил Касьян. – Можно больше, но меньше не рекомендуется, – ненадолго замолчав, он вскоре продолжил.

– А, и уровни больше применимы к Олицетворениям, нежели к людям.

Находясь в абсолютном недоумении, Лука только и мог, что хлопать глазами, поглядывая на Касьяна. Он просто не понимал посыла сказанного, ну и объяснять ему никто ничего не собирался. Лука мог лишь додумывать некоторые моменты сам, а всё остальное запоминать до лучших времён. Было нетрудно догадаться, что Олицетворениями его компаньон называл монстров, а вот почему именно так – неясно.