Рождён среди однажды умерших

Всё-таки хоть и наотмашь, однако парень сообщил Луке дельную вещь, правда, не став вдаваться в столь необходимые новичку подробности. Подросток, естественно, знал, что такое медитация, ибо и в его мире без магии существовала подобная практика, зачастую приводящая ко сну. Луку не обрадовало такое отношение Касьяна, но он на многое и не рассчитывал, зная замашки своего спасителя.

– Я заплачу! – с огнём в глаза крикнул Лука.

– Чем? Благодарностью? – Касьян пристально посмотрел на парня, ведь с ним такие фокусы, как с его братом не прокатят.

– Благодетелью!

Лука пошёл ва-банк, будучи уверенным, что подобное предложение заинтересует Касьяна. Хоть это и отдаляло от Вознесения, однако ему хватало ума понять, что, оставаясь таким же несведущим слабаком в среде, где существуют люди, подобные Касьяну, готовые стаскивать с трупов ботинки, он может умереть раньше, чем успеет собрать требуемое количество Благодетели.

И это при условии, что юноша не будет покидать города. А ведь для чего-то жители постоянно выходят за стены, значит, вероятнее всего, и ему придётся.

А из незнакомцев вряд ли кто-то согласится обучать за бесплатно, учитывая общее бедственное положение. Лука, конечно же, мог примоститься к какой-нибудь девушке, однако подобный расклад льстил ему и того меньше.

– Ха! Ты сначала долг верни, а уже потом торгуйся. Запомни, пока что у тебя ничего нет и не будет. Всё, что ты сейчас заработаешь, принадлежит мне.

Не желая дальше пустозвонить, Касьян вернулся к очистке своего меча и ножен.

Лука смотре на сломанный клинок, которым Касьян мог убивать, даже не держа его в руках. Юноша ненароком сглотнул, переведя взгляд на Всеволода, решив попытать счастья в этом направлении. Всё же, если бы не он, то новичок так бы и валялся совершенно нагой под дверью.

Но только Лука собрался открыть рот, как Касьян, даже не глядя в его сторону, понял намерения парня, прервав их на корню:

– Можешь не пытаться, он все равно тебе не ответит.

– Но почему?

Вот только дальнейших объяснений не последовало. Сев в позу эмбриона, Лука начал сокрушаться о своей незавидной участи, благо молчаливую обстановку прервал стук в дверь. Казалось, что в нём был какой-то ритм, однако новичку такое понять дано не было.

Зато благодаря этому Касьян сразу понял, кто стоит за дверью, но не успел он хоть что-то сказать, как та отварилась, и на пороге появился мужчина примерно тридцати пяти лет от роду.