Амаранта: Бунтарка Империи

Время от времени заключенных окружали медики в военной форме. Один держал планшет и ручку, в то время как другие наносили удары ножами и тыкали своих жертв.

В одной камере мужчину растянули лицом вниз на металлическом столе, а хирург протыкал несколько дюймов обнаженных позвонков. Он кричал при каждом толчке, и из его спины текла кровь. Она забрызгала пол, скатилась по небольшому склону и вылилась в центральную канализацию. Амаранта испытала неприятную мысль о том, что кто-то наклонил полы и разместил водостоки именно с этой целью.

Пытки, но более методичные, чем простые порезы и ожоги, предназначенные для извлечения информации. Над этими людьми проводили медицинские эксперименты. Она вздрогнула.

«Императору может не понравиться мысль о том, что в его темнице рассекают женщину», — прошептал один из стражников, державших Амаранту, другому, пока они углублялись в туннели.

«Это была его идея», — сказал другой. «Он хотел, чтобы больше денег было направлено на медицинские исследования, верно?»

«Он понятия не имеет, что здесь происходит, и я уверен, что он имел в виду не это исследование».

Початок форми

Кінець форми

— Это потому, что он мягкий, и ты тоже, если послушаешься его. Холлоукрест умно держит мальчика на прицеле. Нурианцы растерзали бы нас, если бы знали, насколько слабоумен наш предполагаемый император.

Амаранта задавалась вопросом, сколько мужчин в Имперских казармах были верны Сеспиану, а сколько — Холлоукресту. Если эти двое были представителями всего общества, то сторонники Холлоукреста были более громкими.

Хирург свернул в большую комнату с четырьмя занятыми койками у задней стены. С одной стороны стояла стойка с верхним и нижним шкафчиками, а с другой — угольная печь. В ней не горел огонь, и в комнате было холодно. Мужчины на койках были вялыми, с раскрасневшимися лицами и хрипящим дыханием – единственными признаками жизни. Их кожу покрыла бугристая красная сыпь.

Хирург остановился у койки. "А, хорошо. Этот мертв. Отведите его в мою смотровую. Еще несколько вскрытий, и мы сможем добиться некоторого прогресса.

Охранник, заступившийся за Сеспиана, предоставил Амаранте подчиняться приказам хирурга. Он коротко коснулся ее плеча с грустными глазами, прежде чем утащить труп. Жалость нервировала ее больше, чем бессердечное отношение остальных.