Путь безнадежного

И моих людей завтра возглавит мой двоюродный племянник (вот уж о ком, в случае чего, горевать не стану, изрядный подлец и болван к тому же), в то время как я сам, на правах больного, с удовольствием составлю вам компанию.

– Поверьте, граф, это изрядно подсластит то горькое зелье, что предстоит нам испить завтра! – воскликнул повеселевший Седрик.

– Потише, любезный барон, ради бога, потише. Мои люди сейчас обеспечивают нашей беседе определенную недосягаемость для чужих ушей, но все же не стоит говорить так громко.

– Простите, граф, – смутился барон.

– Вам не за что просить прощение, Седрик, вы такой, какой есть. И тем не менее не будьте так пессимистично настроены, еще неизвестно, что сулит нам грядущий день. И хотя я вполне разделяю ваш скепсис по поводу «блестящего» королевского плана, все в руках Божьих. Давайте не будем торопить события, барон.

Граф крепко пожал Седрику руку и удалился. Годфри заметил, как из мрака бесшумно выступили две крепкие фигуры и пристроились за спиною графа, держа руки на рукоятях коротких мечей и зорко озираясь по сторонам.

Он еще раз подивился высокой выучке графских людей и направился к своему шатру.

Их подняли на рассвете. Угрюмые сержанты наконец раздали своим безнадежным солдатам оружие. Полк кое-как построился и вместе с другими безнадежными покинул лагерь. Весь недолгий путь до поля боя солдаты проделали, то и дело спотыкаясь о выданные кривые копья и пехотные щиты. Сержанты и унтер-офицеры кричали до хрипоты, пытаясь сохранить хоть какое-нибудь подобие строя.

Рустам шагал рядом с Гартом и Дайлином в полном смятении чувств. Левая рука онемела под тяжестью большого щита, деревянные ножны длинного ножа били по ногам и мешали при ходьбе, зато правой рукой можно было опираться на двухметровое копье, как на дорожный посох, и все равно идти было непривычно и неудобно. Дайлин, судя по всему, испытывал те же мучения, один только Гарт чувствовал себя как рыба в воде. Он сделал из кожаного ремня петлю, приладил ее к щиту и повесил щит за спину. Немного понаблюдав за страданиями своих друзей, он помог и им сделать то же. Идти стало намного легче, Рустам облегченно вздохнул и смог наконец оглядеться по сторонам.

Вся долина между рекой и лесом была густо заставлена войсками. Около леса он заметил знамена коронной пехоты, в центре стояли рыцари, закованные в железо вместе с могучими лошадьми.