Путь безнадежного

Маг шевельнул поводьями и проехал мимо стражников, вновь почтительно склонившихся в поклоне. В желтом свете фонаря блеснула еще одна монетка, на этот раз золотая. Крепкая ладонь старшего стражника не дала и этой монетке долететь до земли.

– За бдительность.

Дождавшись, когда размеренный стук копыт затихнет вдали, младший из стражников рискнул подойти наконец к своему товарищу.

– Неужели золотая? – Глаза его загорелись, разглядывая золотую монету, лежащую на ладони старшего всадника.

По традиции все, что удавалось заработать, стоя на посту, в обход официальных пошлин, делилось между всеми стражниками, кто в это время стоял у ворот, а не сидел в караулке.

Золотая монета, поделенная на двоих, представляла собой целое состояние, а ведь была еще и серебряная монетка. Но старший стражник не спешил разделить его энтузиазм, вместо этого он дал напарнику хороший подзатыльник, от которого не помог и кожаный шлем.

– Ты в следующий раз не языком работай, а головой. Из-за твоей болтовни мы оба могли сгореть восковыми свечками.

– А что я сказал такого? У королевских безнадежных ведь не казармы, а так себе – недоразумение, да и сами они недоразумение. Это же правда, что же тут не то? – заныл младший, потирая затылок.

– А то! Маги тебе не обычные люди, у них характер, того, сложный. Лишних слов лучше не произносить, если жить хочешь. Понял? – наставительно поднял палец старший стражник.

– Понял. А начальнику караула мы о нем сообщим?

– Конечно, ты что, службу не знаешь?

– И про деньги сообщим? – пригорюнился младший, традиции традициями, но золотой – это достаточное искушение для их нарушения.

– Конечно, но только про серебро, про остальное ему знать необязательно, к этому служба не обязывает.

– Это хорошо. – Младший расплылся в улыбке.

– «Хорошо-о-о», – передразнил его старший. – Только с горшка слез, службы толком не знает, а туда же – хорошо ему! – и отвесил младшему еще один подзатыльник, но это уже не могло испортить тому настроение.

Казармы королевских безнадежных больше походили на тюрьму.

Высокий забор, охрана из числа городской стражи. Впрочем, это было недалеко от истины. Части безнадежных были введены еще при деде нынешнего короля. Это была своего рода альтернатива для пойманных бродяг и преступников – или сесть в тюрьму, или послужить на благо отечества. Надо сказать, что большинство предпочитало тюрьму, и на то были веские причины. Подразделения безнадежных в королевской армии прозвали овцами.