Восход. Солнцев. Книга III

Команда Чалого уже собиралась идти сдаваться Сухому, прихватив сотню рублей, а остальные деньги они закопали в мусоре. Уже выходили люди из их убежища.

— Смотри! — толкнул Сява рыженького. — Сухого несут. Он, подходу, все… Еще и Гундоса. Без головы!

— Быстрее! — дал команду Чалый. — Он обещал решить вопрос — сделал. Если мы не принесем ему вещи, то нам жопа!

Ребята побежали за заначкой и в лавку к Валерию Каргановичу. Хоть никто ничего не сказал, все рады, что Сухой помер. Жирная тварь не просто держала район, он прессовал обычных людей.

Насиловал девок, после него даже две на себя руки наложили. Верка и Лидка, хорошие были бабы, складные, пока их Сухой силой не взял.

***

Уже устал ждать, что-то они там возятся. Хотя я не знаю, где эта лавка находится. А вот и мои засланцы вбежали, красные, и языки на плечах!

— Босс, вот шмотки, последний фраерский писк. Все новье с иголки, — положил сверток на стол Чалый. — И вот еще сто пятьдесят сдачи. Мы сторговались.

— Благодарю… — сказал я, когда разворачивал одежду.

— Только я не босс, пахан, или кто там у вас еще есть?

— А как нам к тебе обращаться, босс? — проглотил свои слова Сява.

— Симба, — улыбнулся своему новому имени. — Можете так. Еще старший, ну, и когда будем в высшим обществе, то господин.

Забрал сдачу грязными, скомканными пятирублевыми купюрами. Решил показать свою щедрость и выдал еще по бумажке каждому. Ребята отошли в сторону и стали обсуждать, кто себе что купит и как прогуляет деньги.

Итак, что имеем? Два черных костюма и белая рубаха, классические лакированные туфли.

Хоть все выглядит хорошо, ткань более дешевая, чем у приличных вещей, поэтому и такая цена. Ладно, хотя бы буду выглядеть, как человек, а не какой-то беглец-старший сержант, на руках которого кровь. Улыбнулся своим мыслям.

— Не подскажете, где можно умыться? — оторвал я ребят от обсуждения траты денег.

— Если не побрезгуешь, то за той дверью находится ванная, — показал рукой Чалый.

Взял вещи и пошел, открыл. Слив, бак с водой и ковш — вот и все удобства.

Но для такого района удивительно, что ребята хотя бы это имеют. Снял с себя грязные вещи и занялся отмыванием. Через десять минут уже надел костюм и вышел.

— Ничего себе… — свистнул Сява.

— А я тебе говорил, вещи меняют людей. Вот накопим и сами будем хорошие шмотки таскать, а не это тряпье, — деловито добавил Чалый.

— Господа, какие у нас с вами дальше дела? — прервал я разглядывание меня, будто девки на выданье.