Друиды. Отряд специального назначения

Дописав рапорт, Игорь выпрямился на стуле.

- Что теперь? – спросил тусклым голосом.

- Иди к себе в роту. До конца дня занимайся по распорядку, пока я не утрясу все формальности. Дальше тебе сообщат.

- Кто?

- Не важно. Думаю, что твои отцы-командиры. Офицерскую форму, которую успел получить, придётся вернуть. Курсантской у тебя не осталось?

- Никак нет. Всю посдавали уже...

- А гражданка?

- У кого ж её нет, - невесело усмехнулся Шелковицын.

- Да не расстраивайся так, лейтенант. Всё ведь ещё впереди. Тебя ждёт новая интересная служба.

Даже завидую немного. Ну, сам подумай, окончил бы ты училище, как все, попал бы по распределению в какой-нибудь Мухосранск без перспективы на перевод. И что дальше?

- Не обязательно. Страна же большая.

- Вот именно. И хорошие места службы можно по пальцам пересчитать. А выпускников много. Одно наше училище должно пристроить порядка трёхсот пятидесяти молодых лейтенантов. Сколько их по всей стране наберётся, не думал? Блатных мест на всех не хватит. Зато разных Мухосрансков у нас хоть отбавляй.

Везде кадровый голод и разгильдяйство. Уж поверь, я знаю. – Овчинников бросил взгляд на часы. – Ладно. Заболтались мы. Можете быть свободны, товарищ лейтенант.

Встав по стойке «смирно», Игорь уверенным движением надел фуражку, взял под козырёк, выпалив: «Есть!» - и, чётко повернувшись кругом, шагнул к двери.

- Надеюсь, помните, - сказал особист вдогонку, - что нельзя никому говорить о вашем новом назначении?.. Озвучить можете только легенду об отчислении.

- Так точно.

– Шелковицын повернулся в дверном проёме. – Разрешите идти?

Овчинников махнул рукой.

Когда дверь за посетителем закрылась, он убрал приказ на Шелковицына и его рапорт на отчисление в папку «фантазёров» и приготовил новый бланк подписки о неразглашении. Предстояло провести ещё три такие беседы. Кто там следующий? Подполковник заглянул в ежедневник. Ага, по времени сейчас должен подойти Сливинский. С этим хитрецом придётся, пожалуй, провозиться. Одним приказом, как служаку Шелковицына, его к стенке не припрёшь.

Нужен более тонкий подход - с обещанием баснословной зарплаты, к примеру. На это Сливинский уж точно клюнет...

Вечером в каптёрке царило мрачное настроение. Никаких обсуждений фантастики. Вся четвёрка сидела с одинаково угрюмыми лицами и молча пила чай.

Первым не выдержал Сливинский:

- Кого хороним? Или все уже в курсе, что я рапорт на отчисление подал?

- Ты тоже?.. – удивлённо вскинул брови Саня Елькин.

- И я, - буркнул Шелковицын.