Бродяга. Копьё Света.

***

Шадар

Как и предполагалось, хозяева дома сих Хантэ приютили нас на ночь, без споров и дополнительных просьб с нашей стороны, выделили комнаты, угостили ужином. А деве Сиринии, неожиданно для нее, предложили прогулку по парку, приватный разговор и ужин. Светлая дева не смогла отказать, приняла приглашение и компанию хозяина поместья. А мы, не вхожие в круг привилегированных, по распоряжению сих Хантэ, устроились в выделенных нам комнатах, чтобы отдохнуть с долгого пешего пути. Вещей у меня с собой нет, как и желания спать в замке, находящемся под контролем демона, как и его владельцы поместья.

— Шэд, можно? — стук в дверь, а там Айон.

В отличие от прошлых дней, когда он находился в предвкушении встреч с родней, теперь дьяхэ спокоен и сдержан. Нет и намека на панику, вызванную детскими кошмарами, потерю самоконтроля и одновременно с этим возникающего желание впиться когтями в грудную клетку хозяину поместья, вырвав тому сердце и легкие, сверкая при этом белоснежными клыками и алыми в черных провалах глазами.

А все благодаря наблюдениям за сих Хантэ.

— Моя месть главе дома не актуальна, — пояснил он перемены в настроении, поведении и полной сдержанности. Разум чист, сердце черно, как и прежде, мысли холодны и расчетливы. — Ты ведь не мог не заметить, — не спрашивает, а говорит как есть, лениво откидываясь на спинку кресла, при этом открывая один глаз, смотря на меня с улыбкой с заостренными зубами.

— Мы с тобой единственные, кто понял истинную природу главы рода. — Айон кивает, соглашаясь, как и на следующий момент, связанный с нашими статусами.

— А это значит, что на нас с тобой лежит ответственность за очищение вверенных Владыкой земель от скверны.

— Могу я оборвать его жизнь? — смотрит на меня дьяхэ, в глазах которого только непроглядная тьма и отблеск крови, кипящей, словно от пламени преисподней. — Считай это семейным делом.

— Пусть будет так.

Айон, как генерал, пусть и товарищ по оружию и странствию, склоняет голову в поклоне, благодаря за оказанную услугу. Покидая мою комнату, у двери, он оборачивается и напоминает о том, чтобы с ним было, не появись мы с Дризом и Винтаром тогда.

В припадке безумия, пропитанного жаждой крови и мести, он рвал бы когтями всех, в ком есть хоть капля крови сих Хантэ.

— Сверши суд свой и живи спокойно, — сказал я ему напоследок перед тем, как Айон закрыл дверь, одаривая меня улыбкой и задором в кровавых глазах.

Что именно он задумал? Как будет свершать месть? Даже представления не имею. Знаю одно.