Страж Кодекса

— Он Архимагистр?!

— Не знаю, — развёл мужчина руки и хохотнул от того, как скукожилось лицо подчинённой. — Но он меня заинтересовал. И не только его сила, появившаяся из не откуда, но и то, как он взялся за дела в поместье.

— О чём ты?

— Ты же знаешь, что Дорохов у нас сын старосты Рыбачьей? — увидел он кивок Марии и продолжил: — Так вот, он сказал, что его отец сейчас весь на иголках и впервые за пять лет достал свой военный китель. Вся деревня начала жужжать, как улей. Помимо этого, ещё несколько других старост деревень на землях Беловых зашевелились.

И это... Становится интересно. Думаю, что нам стоит навестить его, и сделать это как подобает.

***

Долго в госпитале мариноваться не пришлось и вскоре я уже стоял у главных ворот, смотря на своих людей, что прибыли сюда всем отрядов. Вооруженные и готовые ко всему, они ждали только меня. И не только они, но и один хлыщ, что подвёз меня на Бэтере.

— Кристина? — спросил я у Иваныча, подойдя к ним.

— В безопасности, — отрапортовал командир гвардии и продолжил: — Периметр поместья усилен двойками.

На главных подъездных дорогах наблюдатели, к госпоже приставлен прапорщик Романенко.

Я хмыкнул. Другого от Иваныча ожидать и не стоило. За Кристину он переживает даже больше, чем за меня. И раз ему пришлось отчалить за мной, то он оставил с сестрой секретное оружие рода Беловых. Забавно, но если бы в тот раз Антон решил всё же напасть и мы с Иванычем бы не справились, что очень вряд ли, то в дело бы вмешался Романенко и тогда всё.

Этого перца даже дед старается особо не трогать, а я иногда с ним в картишки гонял и пиво по выходным опустошал. Хороший он дед, и прапорщик тоже, но характер у него...

— Приказы, господин?

— Домой, Иваныч. Едем домой, — вспомнил я, что хотел в мебельный заехать. — Но по пути заскочим кое-куда. Думаю, что нашей делегации не откажут.

— Принято, — кивнул мужик и гаркнул: — По машинам!

Бойцы начали грузится во внедорожники цвета хаки, а я взглянул на стоявшего в двадцати метрах Шереметьева.

Парень тоже смотрел в мою сторону, а когда наши глаза встретились, сделал первый шаг.

Ну-с, и чего ему надо?

— Дмитрий Борисович, — спокойно, со всеми аристократическими манерами, начал он. — Рад, что с вами всё хорошо.

— А уж как я рад, Владимир Александрович, — ухмыльнулся я. Имя своё он мне ещё в Бэтере назвал, когда ехали в госпиталь.

Разговор как-то не шёл. Парень всё пытался подобрать слова, а я улыбался и держал руки в карманах.