Башенка

По сути, разумного сковывают по рукам и ногам, и оставляют гнить в тëмном каменном мешке. Есть и камеры покомфортнее, но Роману, как смертнику, скорее всего досталась именно такая. Прошло уже порядка двух недель с момента его заключения... Остаëтся лишь надеяться, что он там ещë не тронулся рассудком.

— В общих чертах всë. Возникшие проблемы будем решать по ходу дела. Какие-то дополнения?

— ...

Дополнений не последовало. У всех были решительные выражения лиц, и все волновались – кто-то в большей, кто-то в меньшей степени.

— Тогда сегодня мы остаток дня отдыхаем, а завтра с утра отправляемся в путь.

Ночью идти смысла не было, поскольку как раз таки ночью охрана и будет ждать гостей. Уж лучше хорошенько выспимся.

"Ребят."

Все мы сначала посмотрели на свои часы, а затем на Нио. Девушка выглядела довольно смущëнной.

"Спасибо вам всем. Я понимаю, что вы всë это делаете только ради меня, и я не знаю как именно вас потом отблагодарю... Но я могу точно сказать что вам всем крайне обязана.

Я вместе с остальными улыбнулся и начал слушать подбаривания Фурины. Чувства при этом испытывал... Не самые приятные. И вновь сильно засомневался в принятом решении...

Но нет. Я не курица-наседка, и не джинн, чтобы решать проблемы по щелчку пальцев. Лучше мы решим их вместе, а я лишь подстрахую чтобы при этом никто из нас не погиб. В перспективе это будет гораздо полезнее...

По крайней мере, я искренне надеюсь на это.

Глава 17

На двадцатом этаже наступило утро.

Тусклый свет искусственного неба пробивался сквозь гигантские окна парящей крепости. Для нормального освещения этого откровенно не хватало, и потому на потолке дополнительно зажигали светочи, а на улицах – фонари. Внутри ламп были установлены маленькие кристаллы суспендия, которые окрашивали всë вокруг себя в холодные синие оттенки.

Разумные, в большинстве своëм, шли либо на работу, либо на испытание. Сонные, расслабленные, угрюмые, бодрые, откровенно злые или с каким-то радостно-предвкушающим выражением лица.

И внешность тоже разная, и одеты были кто во что горазд. Так что наша пятëрка в однотонных тëмных плащах почти не выделялась и не вызывала каких-то особых вопросов.

Выстроившись клином со мной на острие, мы направлялись к лифтам, решительно пробивая себе путь сквозь хаотичную толпу. Собранные, молчаливые, готовые к любым неожиданностям. И при этом мотивированные, объединëнные одной общей целью.