Младший сын князя. Том 3

Ноги подкашиваются, и в резерве ядра маны почти не осталось.

А мой соперник даже не думает останавливаться на достигнутом. Он не то что даже дыхание не сбил, а наоборот, продолжает ускоряться, как будто для него подобное не более чем разминка.

Единственное, что меня спасает в данный момент — это мой боевой опыт и то, что Николай сейчас находится, как бы ему, возможно, ни хотелось обратного, под влиянием эмоций. Иначе старшекурсник уже давно задавил бы меня голой силой.

Нет, в битве на выносливость у меня нет шансов.

Тем более, Безобразов начал привыкать к моим атакам. Видимо... была не была.

Отражая очередной удар, я сознательно позволяю мечу противника проскользнуть в опасной близости от цели и опускаю руку чуть ниже, чем обычно, тем самым показывая, что уже не выдерживаю настолько хорошо нападений парня. Для усиления эффекта я специально начинаю прерывисто дышать, так, чтобы это заметил только мой противник.

Видя, в каком я состоянии, Николай становится менее осторожным. Парень атакует резким выпадом вперёд, целясь в сердце.

Однако вместе с этим он едва заметно открывается и, можно сказать, предоставляет мне торс для ответной атаки.

Пользуясь моментом, я вкладываю все силы в этот удар и, чуть пригибаясь, наношу ответный выпад вперёд. Из-за скорости противника у меня не получается выполнить технику идеально — его клинок попадает мне в плечо, однако практически одномоментно с этим кончик моего меча касается его груди.

От удара я падаю на пол, и плечо начинает ныть тупой болью.

Впрочем, я не чувствую сломанных костей. Похоже, обошлось синяком, что уже можно считать успехом. Зато вот мой противник остался по итогу на ногах, только при этом держался рукой за живот и из-за боли скалил зубы, сдерживая стоны.

Нет, всё же мне из-за успешного удара самого Безобразова не вышло ударить, куда я хотел, но судя по всему, у меня получилось попасть в солнечное сплетение этого бугая. А там нервов очень много, отчего удар получился весьма болезненным.

Правда, теперь остался вопрос: кто из нас победил? Не хотелось бы услышать тот вариант, который меня не устроит.

Однако вместо того, чтобы дать ответ и разрешить этот вопрос, к нам на арену поднялись студенты-целители и принялись незамедлительно залечивать нам раны. Точнее сказать, они отвели нас в разные концы ринга и принялись применять свои лечебные техники.

Правда, при всём уважении, называть синяки ранами — перебор. Но правила требовали того, чтобы меня осмотрели.