Утопающий во лжи 2

– Господин десятник, будет исполнено! – сказал Мареш, и парочке самых улыбчивых и медлительных досталось по рёбрам от ветерана.

Я встал позади своих бойцов, как это было принято. Но теперь они не скрывали моего присутствия в своих рядах, потому что мой рост превышал на голову любого из них. Достав деревянный стул из бездонной сумки, выданной мне интендантом Хешовом утром, я сел обдумывать свои перспективы или же проблемы. Тут, конечно, ещё с какой стороны посмотреть.

Чуть позже начали подтягиваться и старшие офицеры.

Первыми прибыли полусотники. Журек Скользкий сразу же нашел тысячу причин отчитать своих подчинённых. Ему не нравилось абсолютно всё. Начиная с грязных ботинок Чикира и заканчивая неправильным распределением характеристик у новобранцев третьего десятка. Этот умник вложил целых два очка в живучесть. Журек популярно, а главное, в красках объяснил ему и всем остальным, как эта живучесть вообще не продлит жизнь такому безмозглому гоблину. Мне даже понравилось, как красиво он подбирал сравнения и обидные оскорбления. Чего только стоит «живородящий паук с огромным, длинным, блестящим брюшком, продлевающим долголетие». Внимательный до деталей, полусотник Журек так же не пропустил отчаяние и страх в глазах моих магов, но понял он это по-своему. По-отечески похлопал их по плечам и сказал:

– Не переживайте так. Ваш десятник был в мире Ссшорс даже больше раз, чем я сам. Так что уж в руках десятника Ирчина вы точно можете быть спокойны за свои жизни, будто за каменной стеной.

Чикир не выдержал и тихо произнёс:

– Как под каменным надгробием.

На что новобранцы моего десятка не смогли сдержаться и начали откровенно ржать. Даже Мареш с Улером прикрывали руками свои рты. Журек взревел и раздал несколько зуботычин. Ничего смешного в этих словах он не видел, но также прекрасно понимал, что смеялись, конечно, не над ним, а над магами. Уже уходя к первому десятку, он всё же спросил, но как-то неуверенно, словно не хотел знать ответ на свой вопрос:

– Мареш, десятник Ирчин что-то припозднился, он ещё не пришёл?

Но Мареш не успел ответить, потому как я поднялся со стула и извинился.

– Господин полусотник, прошу прошения, – шагнул я вперёд, распихивая своих мелких гоблинов, – задумался я что-то и пропустил ваше появление.

Журек Скользкий как-то нервно вздрогнул. Забрало шлема, конечно, было поднято, но я думал, что полусотника таким не проймёшь. Даже мои солдаты довольно быстро привыкли.