Кровавое лето

И тут он странно замирает. Затем подносит ко лбу пальцы и я вижу, как на его белой коже появляется алая капля. Ярослав медленно оседает на остатки крыльца.

— Нет! — кричу я и бегу к нему.

Не успеваю. Двор накрывает плотный огонь из автоматов. Сверху падают снаряды. Во все стороны разлетаются битое стекло и бетон. Меня кидает обратно в гараж. Выход блокирует рухнувшая балка перекрытия.

Изо всех сил напрягая мышцы, пытаюсь ее сдвинуть, но она плотно засела в полу. Конструкция, и без того хрупкая, снова сотрясается от очередной ударной волны.

Внезапно я успокаиваюсь. Мне становится так хорошо, что я сажусь на забытый кем-то стул и складываю ладони на коленях.

Мысли мои плавно потекли в сторону. Захотелось спать, а еще лучше в ванну, и чтобы с пеной. И шампанского с клубникой...

Я без любопытства наблюдаю, как дрожит крыша над головой, как медленно съезжает ребристый кусок металла и падает в метре от меня. Его острый край начисто срезает половину смотанного шланга и скользит дальше на первый этаж.

Безмятежно улыбаюсь.

Между перекрытиями появляются язычки пламени. Такие они красивые! Яркие, рыжие, теплые! Комнатка быстро наполняется дымом. Он проникает в легкие, сушит горло.

Наверное, стоит перестать дышать? Или наоборот, набрать в грудь побольше воздуха ? Никак не могу решить, что выбрать.

Удушливые клубы постепенно уползают в дыру на крыше. Глаза щиплет, у меня по щекам градом катятся слезы. Я так счастлива! Черные хлопья кружатся в воздухе и оседают на мои джинсы и куртку.

Сердце начинает биться быстро-быстро, того и гляди, выпрыгнет. Забавные угольки падают вокруг, как искры салюта. Все такое прекрасное! Невероятное! Пусть так дальше и будет.

Смахиваю прилипшие ко лбу волосы и продолжаю с улыбкой смотреть на разгорающееся пламя. Прожорливый огонь жадно облизывает застрявшую в полу балку, весело бежит за ней, оставляя черные подпалины. Если зажмуриться, то я будто у костра сижу на даче.

Начинается жуткий кашель. Горло перехватывает болью и я никак не могу вдохнуть. Голова пошла кругом и комната переворачивается. Я нелепо вскидываю руки и с грохотом начинаю падать.

Бок взрывается болью — из-под куртки торчит кусок деревяшки. Радость мгновенно испаряется и я вижу, что лежу на первом этаже гаража, на крыше машины. А надо мной пылают перекрытия.