Кровавое лето

Они с отрядом зомби выносили очередной склад, когда прилетел клич Ярослава. Но к тому моменту, они физически не успевали добраться до Оплота и приехали уже под конец. Горящее здание, убитые вампиры, следы от взрывов. Гвоздь нашел только Ольгу Геннадьевну и Киру. Их поселили в том доме, где раньше обитала я. Кого нашли — похоронили на ближайшем кладбище. Удивительно, но само здание администрации даже не разграбили. Разбомбили и уехали. Это все случилось больше недели назад.

Гвоздь зовет присоединиться к выжившим, но я отказываюсь.

За мной по пятам идет смерть — все, с кем я сближаюсь, умирают. Механик пожимает плечами и предлагает подвезти хотя бы до торгового центра, там есть и душ и новая одежда. Я соглашаюсь. Ужасно страшно, что он будет уговаривать и я дам слабину. Но он все понимает и мы молча садимся в машину.

На потрепанном джипе мы быстро доезжаем до Меркурия и окончательно попрощаемся. Напоследок Гвоздь отдает остатки лепешки.

***

Едва теплая вода тонкой струйкой смывает корку грязи.

Купаюсь я долго, периодически открывая рот и жадно глотая живительную влагу. Затем я захожу в ближайший магазин, одеваюсь, собираю в найденный рюкзак какие-то вещи. Долго стою перед зеркалом, разглядывая осунувшееся лицо и гриву волос.

В голову внезапно приходит странное решение — я беру ножницы и кромсаю прядь за прядью, пока не остается кривая короткая стрижка. Говорят, что если срезать волосы, то это значит избавиться от старых проблем. Я становлюсь похожей на подростка.

Пусть будет так.

Подхватив ношу, выхожу из торгового центра, мысленно прощаясь.

Внутри меня гнетущая пустота.

Я все еще не могу видеть искры, раздирает жажда, но я так устала, что просто бреду по дороге, не разбирая направления. Что ждет за очередным поворотом? Какая разница. Убьют ли меня на этом пути? Все равно.

Когда силы кончаются, я просто сажусь на ступеньки ближайшего подъезда и засыпаю. А открыв глаза, снова иду. Лишь иногда забредаю в магазины, забирая с полок засохшее печенье и бутылки с водой.

День уже не раз сменяется ночью. Я давно вышла из города и топаю по какой-то деревне. Удивительно, но на меня никто до сих пор не напал.

И по самому глупому закону подлости, едва в голову приходит эта мысль, из маленького домика с коричневой крышей появляется она.

Лохматая, тощая, грязная. Копия меня, когда я вылезла из-под гаража. Мы долго смотрим друг на друга. Понимаю ее промедление — нет же искр и невозможно понять, кто я.