Кровавое лето

Но не успею даже коснуться, как когти впиваются мне в бок. Куртка защитить от такого не может, моментально превращаясь в лохмотья. Футболка быстро становится мокрой от крови. Ярость ударяет мне в голову и я выламываю кусок перил и начинаю бить оборотня по рукам и ногам.

Вокруг кружат красноватые огоньки. Раздается выстрел. Второй.

Меня подхватывают за локти пытаются оттащить. Легко раскидываю собственных вампиров и продолжаю лупить оборотня. Его искры начинают пульсировать все медленнее, а я все не могу остановиться.

На очередном замахе мне прилетает хорошая оплеуха. Машинально трясу головой, чтобы избавиться от звона в ушах.

— Хватит!

Перед глазами возникает образ моего ботаника. Я ошеломленно застываю. Тут же у меня из рук выбивают прут и кто-то ловко связывают кисти за спиной.

Выводят на улицу, подставляя лицо жаркому солнцу. Алая пелена нехотя спадает с глаз и я возвращаюсь в реальность.

— Анна Олеговна, вы как? — осторожно спрашивает Виктор.

Он держится на расстоянии, опасаясь приближаться.

— Все нормально, — хрипло говорю я. — Дайте отдышаться. Попить есть у кого-нибудь?

Мне суют под нос бутылку и я жадно глотаю теплую воду.

— Развяжите?

О, а теперь еще и легкая паника. Прекрасно. Виктор внимательно на меня смотрит, замечает разорванную куртку и расползающееся темное пятно на джинсах.

— Вы точно в порядке? Вы ранены!

— Да знаю я! — излишне резко говорю я и вампир отходит на полшага.

— Может предложить перевязку. И все.

Бояться дать даже порцию крови! Вот жеж...

— Поехали домой, — устало опускаю голову.

Злость испаряется и меня охватывает невероятная слабость. Ноги подкашиваются, я неуверенно делаю шаг и оседаю на сухой песок.

***

Я прихожу в себя в медицинской палате. Голубоватые стены, белые кушетки, над ухом пищит что-то. К рукам и груди прилеплены датчики. В голову будто свинца налили и очень, очень болит бок.

— Анна Олеговна, я же предупреждал не ввязывать в ненужные драки, — насмешливый голос Дзена противно ввинчивается в виски.

— Отстань, — едва слышно говорю я.

Во рту пересохло, горло шершавое.

— Водички?

Слабо киваю. Он протягивает мне здоровенный стакан с трубочкой и я жадно высасываю сразу половину.

— Ирония в том, что напившись чужой крови, вы потеряли свою.

— Сколько я здесь?

— Больше суток.

— Ярослав вернулся?

— Я позову врача, — вместо ответа говорит он и исчезает из палаты.