Хроники короля-чародея

Но в этот момент, недалеко от нас, грянул оглушительный рев какого-то человека:

– Стой! Не делай этого! Прошу!

Я, как кошка, мгновенно вскочил на ноги одновременно поворачиваясь в сторону кричавшего, держа в одной руке за шкирку испуганного до чертиков головореза, а другой – свой кинжал, шагнул вперед, заслоняя собой все еще лежащего в отключке Ликора и увидел выбегающего из-за ближайшего дерева амбала. Он был примерно моего роста, но гораздо шире в плечах, с громадными ручищами и ножищами и громадной грудной клеткой, перевитой тугими мышцами, перекатывающимися по груди при каждом его движении.

За ним следовала группа качков поменьше, но тоже физически неплохо подкачанных. В руках у них были короткие дубины, длинные изогнутые ножи и короткие мечи. Амбал резко остановился и жестом остановил своих последователей. Затем он продолжил говорить. Голос его был громким и басовитым:

– Постой парниша. Не надо резких движений. Давай поговорим.

Моя ярость вспыхнула с новой силой. Во мне словно поселился злобный тигр, не желающий отдавать свою законную добычу. Все это отразилось в моих глазах и движениях. Пленник в моей руке отчаянно затрепыхался, стараясь вырваться, и криком испуганного зайца, заверещал:

– Брат! Спасай! Не бросай меня на растерзание этому зверю!

Про зверя это – он сейчас не сильно утрировал, во мне все сильнее струилась ярость и вторая рука с кинжалом непроизвольно тянулась к горлу этого труса.

Но я, силой своей воли, не давал ей этого сделать.

– И почему! Я! Должен тебя слушать? Эта, тварь, хотела, угробить, моего лучшего друга! Напала исподтишка! Так подло! – с каждым словом ярость клокотала в моей речи все сильнее, грозя перерасти в нечленораздельный рев.

– Я понимаю твои чувства. Если бы это был не мой брат, я ни словом, ни делом не стал бы препятствовать твоей мести. Но, к моему сожалению и какому-то недоразумению, эта глупая, чванливая и трусливая свинья, является моим братом.

И я, как старший, несу за него ответственность перед Старшим клана, своим отцом. Который, как ни странно очень любит эту никчемность. – губы главаря банды презрительно скривились при этих словах.

– Поэтому я предлагаю тебе его отпустить. Взамен клянусь выполнить одно твое желание, если оно будет в моих силах и будет пристойным для настоящего мужчины.